Комедийные аниме про деструктивные криминальные элементы сегодня — не редкость, примеров отличных работ хватает. Но в начале 2000-х тема была почти не раскрыта. Появившиеся с горем пополам тайтлы можно было пересчитать по пальцам, и ещё меньше среди них было по-настоящему удачных. Однако в 2003 году выходит «Кромешная путяга», она же «Старшая школа Кромарти» — наши локализаторы на вариативность названий явно не поскупились, как её только не обозвали. Ладно, хватит переливать из пустого в порожнее: название — дело десятое. В чём же главное достижение «Путяги»? Почему она стала одновременно культовой и при этом забытой?

Создатели аниме «Обещанный Неверленд» это доказали, занявшись экранизацией знаменитой пословицы: «начать за здравие, а закончить за упокой». Здесь они добились невиданного успеха: после велелепного старта выдали нечто столь же невероятное, но уже лежащее в диаметрально противоположной стороне успеха. И с каждым новым эпизодом второго сезона оценки «Неверленда» менялись со скоростью падения в бездну. Апофеоз сего безумия — финальная серия, утонувшая в шквале строго негативной критики. Но справедливо ли? Вдруг всё не так однозначно? Может, зритель попросту не разглядел великое авторское видение? Давайте разбираться.

Перед нами не какой-нибудь проходной анимационный фильм, а часть проекта «Zutto Ouen. Project 2011+10», созданного в память о десятой годовщине землетрясения и цунами в Тохоку. Казалось бы, «Заброшенный дом у мыса» — социально значимая картина, тем паче природный катаклизм служит поводом для встречи героев и отправной точкой удивительной истории, основанной на японской мифологии, в частности — на ёкаях. Да-да, сверхъестественные существа — тайтлообразующий центр: вокруг них вращается сюжет, благодаря им разрозненное трио постепенно становится настоящей семьёй. Но не всё так просто. В чём же подвох?

Недавно вышел новый фильм братьев Дэнни и Майкла Филиппу — и сразу же покорил неподготовленного зрителя, оставив знатоков в недоумении. Почему? Всё просто: «Верни её из мёртвых» — мистический ужастик, помноженный на крепкую драму, где, по идее, должен быть чуткий симбиоз двух жанров, как было в их предыдущей работе — «Два, три, демон, приди!». Но вместо развития и преумножения идеи — в дверь вошла деградация. Словно взяли прежний сценарий, слегка над ним «пошаманили» — и выкатили как нечто «новое». По факту: изменились лишь имена героев, локация да вектор трагедии. Казалось бы, пошли проторенной дорогой: повторили рабочую формулу, но усилили достоинства и стёрли недостатки, отталкиваясь от зрительской да профессиональной критики. Верно? Увы, нет. На деле же вместо гармонии фокус смещён в сторону драмы, тогда как «пугалка» — всего лишь криво вырезанная декорация (не способная испугать даже малютку, чего уж говорить о взрослых). Давайте же разбираться детальнее, отчего страдает кинолента.

Комедийные аниме, где всё крутится вокруг забавных жизненных ситуаций, сегодня — может, не большая, но всё же достаточная редкость. Хотя ране это был не просто жанр, а целый вековой столп, особенно в начале 2000-х. Причём основанием, аки монолитным фундаментом, всего была идея. Да-да, именно истовое желание рассказать свою историю в те года было во главе угла — эдаким тайтлообразующим центром. Бриллиантом тех времён, бесспорно, является «Адзуманга Дайо» — притом не только как представитель «каких-то там» комедий, но как одна из ярчайших жемчужин всего аниме-десятилетия в целом. Да, кого я обманываю?! «Адзуманга» и поныне занимает достойное место в сонме всех вышедших произведений японской анимации XXI века. Давайте же разбираться, за что её так сильно любят и до сих пор вспоминают с теплотой на душе.

Летний аниме-сезон в самом разгаре, и вот с приходом июля выходит новый громкий релиз — долгожданная ТВ-адаптация «Гатиакуты» по одноимённой манге. Ежели верить источникам, запланировано аж двадцать четыре эпизода по двадцать четыре минуты каждый. Количество серий неплохое, хронометража вполне достаточно, дабы авторам удалось рассказать полноценную предысторию всех действующих лиц, ввести зрителя в курс местного мироустройства и завершить всё на минорной ноте, эдаким оттенком радости сквозь слёзы, когда главный герой поставит первую и самую важную точку в своём пути. Что ж, давайте разбираться, о чём нам уже успели поведать на старте нового тайтла.

Вот и подошёл к окончательному концу путь Сон Ги-хуна — или «номера 456» — в его «борьбе» за… а за что? За свободу? За справедливость? Либо за солидарность? Наверное, за что-то из вышеперечисленного, ведь на деле, переходя от теории к практике, воззрения и поступки главного героя «Игры в кальмара» не имеют под собой ничего фундаментального — лишь заблуждения да ошибки. Причём из разряда ошибок «выжившего».

Начало нашего века оказалось щедрым на молодых дарований — и одним из них стал Мамору Хосода. К 2006 году он уже трудился в индустрии боле двух десятков лет, но оставался лишь «помощником»: исполнителем чужих замыслов, а не самостоятельным творцом. Потому-то «Девочка, покорившая время» — не просто картина, а первый рывок юного Мамору-куна к свободе. Именно этой экранизацией истории Макото Конно он доказал, что способен не только «воду подносить» в нужный момент, но и лично снимать достойные фильмы — причём не ограничиваясь чужими сценариями, а создавая законченные, самостоятельные произведения.

И вот, в том же 2018 году Харо Асо, автор вполне годной «Алисы в Пограничье», выпускает мангу под названием «Предсмертный список зомби». После увиденного тотального поехавшего бреда в анимационной адаптации даже с одним томом печатного варианта знакомиться категорически отказываюсь — боюсь пробить себе голову насквозь от нескончаемой череды фейспалмов.

Порой высокие оценки достаются тому, что яйца выеденного не стоит, а действительно достойные произведения получают обидно низкий балл и шквал критики. «Школьные дни» — один из таких тайтлов. Он валяется на дне рейтингов, но статистика говорит об ином: сообщество расколото на три лагеря. Одни ставят единицу, другие — среднюю оценку, а третьи, как я, сыплют десятками. Так отчего ж такой разброд во мнениях?