А вы знаете, что Тома Круза хлебом не корми — только дай сыграть роль в фильме, где пришельцы либо пытаются, либо уже успели поработить нашу планету? Одним из таких произведений стал «Обливион» — творение любителя научной фантастики Джозефа Косински, который здесь выступил и режиссёром, и сценаристом ленты. Сюжет возводится прямо на обломках нашей цивилизации, где Тому досталось амплуа техника Джека Харпера под номером «49». И при всей банальности истории, за её развитием наблюдаешь не без интереса. Правда, местами кроется в ней такой крепкий ворох сценарных допущений, что созерцательскому терпению рано или поздно приходит конец. Цугундер ломится внутрь ровно тогда, когда глупости достигают критической отметки и переливаются через край. Пересечение грани отключает милосердное закрытие глаз на бесконечную вереницу чудесных цепочек действий, всякий раз ведущих к следующему шагу в раскрытии главной интриги. Исправление любой из них способно всё перечеркнуть и обернуться ранними финальными титрами. Вот об этих-то «весёлых» «допущениях» я вам сегодня и поведаю.

Ирландский психоделический ужас от юного режиссёрского дарования Эшлин Кларк под названием «Корни» — нечто, внятными словами почти неописуемое. С одной стороны, картина пропитана народным колоритом и чистейшим безумием, с другой же — процентов на сорок бессмысленностью. Из повествования преспокойно можно вырезать драгоценнейшие кадры феминистической повестки, понеже нужны они для развития истории также, как козе пятая нога: полностью вычурны и представляют собою композиционные рудименты, забивающие хронометраж пустым пшиком в бесконечности. Но, как ни странно, ленте всё-таки хочется дать шанс на житие — имеются в ней и свои достоинства. Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Когда-то давно общество лишь смутно догадывалось о многих вещах, кои ныне кажутся обыденными. Над умами и сознаниями людей царила метафизика: мир объяснялся волей высших, неведомых сил. Однако с наступлением XIX века воззрения резко качнулись в сторону материального толкования бытия. Торжество науки нашло отражение во всех сферах человеческой деятельности и, разумеется, не миновало литературу. Авторы принялись массово грезить о будущих свершениях, опираясь на текущие достижения техники, — так и зародился жанр научной фантастики. Впрочем, не каждому по сердцу футуристичные рассказы о том, что воспоследует через сотни лет. Куда притягательнее порой оказывается нечто приземлённое, почти осязаемое. И, будучи впечатлённым утопичными веяниями своего времени, Герберт Уэллс в 1897 году издаёт научный роман «Война миров» («The War of the Worlds»), в коем описывает марсианскую интервенцию на Землю. Труд возымел невероятный успех, и спустя добрую сотню с копейкой лет текст Уэллса был переработан в сценарий для одноимённого фильма «отца блокбастеров» Стивена Спилберга. Боле подходящего для столь громкой работы режиссёра и вообразить трудно. К сожалению, на релизе картина вызвала как массу восторженных возгласов, так и немалое возмущение, понеже многое из того, что простительно писателю конца XIX столетия, перекочевало на большие экраны безо всяких правок под современные знания. Кроме того, местами из сюжета были вырезаны логичные и полностью обоснованные мотивы. Вот об этих-то «гениальных» сценарных решениях я вам сегодня и поведаю.

Кто по сей день остаётся приверженцем практических эффектов в кино и активно продвигает своё видение в широкие массы? Легенда Голливуда — Том Круз. Недавно он освободился от франшизы «Миссия невыполнима» и тонко намекнул на то, что вот-вот настанет знаменательный час и мир содрогнётся перед долгожданным анонсом сиквела научно-фантастической картины «Грань будущего». Боле десяти лет минуло со дня её выхода, но она и поныне остаётся одним из лучших произведений на тему межпространственной сингулярности (когда один день равняется вечности, по-русски — «день сурка»). А пока за окном новостные заморозки да метель, самое время до начала весенней оттепели вспомнить: каким же полотном был оригинал? Вот об этом я вам сегодня и поведаю.

Когда-то мне казалось: во всей франшизе нет части хуже, нежели «хычносодержательное» полотно 2018 года. А потом вышла она — «Добыча», апогей глупости и нелогичности. Однако Дэну Трахтенбергу, режиссёру картины, на раз-два удалось переплюнуть собственный «успех», ведь в его руки попал сценарий, что был в сто раз невразумительнее предыдущего. Видимо, под влиянием особого спортивного интереса он решил после «Кловерфилда, 10» остановиться в творческом развитии и сигануть в пропасть, начав штамповать ленты всё гаже и гаже. На текущий день высшим «плодом» его трудов смело можно объявить, аль, вернее, обозвать, — «Хищника: Планету смерти». Спустя месяц после просмотра я даже примерно не способен вспомнить, о чём он вообще был. Зато прекрасно помню фундамент, на коем возводилось сие творение: самые «гениальные» сюжетные ходы из «Чужого: Завета», немного оригинального «Аватара» из-под пера Джеймса Кэмерона да «лучшие» персональные наработки, ране сработавшие в «Добыче», что сыграла роль отведённого ею эдакого переосмысления фильма 2010 года. Атомная смесь, не так ли? Вот о ней-то вкратце я вам сегодня и поведаю.

Пять лет тому назад сообщество забурлило от неожиданного анонса: в производстве — аниме-адаптация «Человека-бензопилы». Событие поистине грандиозное. Громче возгласы звучали разве что в день релиза. Экранизация манги произвела настоящий фурор, и дело оставалось за малым: когда ждать продолжения? И тут наступила тишина. Благо, спустя хотя бы три года авторы решили порадовать зрителя полнометражным фильмом с подзаголовком «История Резе». А чтоб совсем жизнь малиной показалась, объявили: паниковать не стоит — работа над вторым сезоном идёт полным ходом. Правда, никаких конкретных дат — даже примерных — озвучено не было. Тогда аудитория взялась за основательный подкоп под картину и до кое-чего таки докопалась. Но сколько бы слухов ни ходило вокруг того, откуда Тацуки Фудзимото, автор первоисточника, черпал вдохновение, образ Резе — не просто очередное действующее лицо. Её появление в сюжете — новая веха в развитии характера Дэндзи, который наконец-то ощутил, что такое взаимные тёплые чувства, а не слепое, холодное манипулирование через плотские желания, коими его окружила Макима. Сея «история любви» двух порабощённых сердец и есть то, о чём я вам сегодня поведаю.

Ныне научная фантастика — порой нечто, вовсе не относящееся к жанру, ведь от научного в произведениях остаются лишь общие концепции, эдакие метафизические рожки да ножки. Наш сегодняшний гость исключением не стал: перед нами антиутопия умирающей планеты, коя раздирается на части прилетевшими чёрт пойми откуда пришельцами. Те, помимо крепких рукопожатий, используют собственные щупальца для бодихоррор-исследований и охотно запускают их в людей, обращая бедолаг в гибридные чуды-юды. И нет, речь идёт не про «Район №9» — на повестке дня «Разрушитель миров» с Люком Эвансом и Миллой Йовович в главных ролях. Правда, наша любимая Эллис пала до уровня обыкновенной функции: её лицо красуется на постере, а сама она появляется в первых десяти минутах, дабы затем пропасть и всплыть лишь на эпичное мгновение в финале — и всё. К сожалению, Милла не единственная, кого показали пару минут в кадре, чтоб после куда-то спрятать. Ладно бы ещё чью-то симпатичную мордашку подвергли репрессивным методам, но нет — под нож пошли сами пришельцы, вернее, мутировавшие люди. На протяжении всей картины мы увидим захватчиков раза четыре по десять секунд. «Почему так много?» — вопросите вы. Ответствую: космическая интервенция без самих интервентов — лишь толика тех бед, коими изобилует сие «зелёночеловечковосодержащее» полотно. Обо всех прочих напастях я вам незамедлительно и поведаю.

Австралийское кино — нечто, ассоциирующееся с постапокалипсисом, пустынями и безлюдьем, непременно в духе дорожного приключения. «Ровер» с Гаем Пирсом и Эдвардом Паттинсоном — исполнившими роли Эрика и Рэя — исключением не стал: героям предстоит путь из пункта «А» в пункт «Б» за искомым. Первый страстно желает вернуть украденную машину, второй — поквитаться с родным братом, обрёкшим его на верную смерть. Эх, красиво звучит, туда бы ещё закинуть Мэла Гибсона — и получился бы новый «Безумный Макс». Но сие полотно о другом. Авторы решили возвести экономический коллапс в абсолют и показать последствия повального безденежья, обернувшего мир в выжженную пустошь. Звучит, с одной стороны, очень-преочень странно, местами даже сказочно; с другой — перед нами яркая картина того, как мелочь для меньшинства оборачивается адом для большинства. С точки зрения критики капитализма фильм худо-бедно мог бы работать, но идея творцов заключалась несколько в ином. В чём же именно? О том незамедлительно я и поведаю.

С первого взгляда «Душа» — хорошее произведение. Но стоит лишь на миг задуматься над внутренней, а не внешней сутью — и возникает масса вопросов. Элементарное самопротиворечие финала и его беззубость, вызванная желанием выжать «happy end».

Всегда наступает момент, когда за неимением нового обращаешься к классике. Совсем недавно я впервые познакомился с фильмом, кой восхищал многих в год выхода — в далёком 2008 году — и не умиряет градуса восторгов по сей день. Суть его проще пареной репы: нерадивый родитель пытается спасти дитятку из лап похитителей. Как уже многие догадались, речь идёт о «Заложнице» с Лиамом Нисоном в главной роли. Лента предельно проста, безо всяких сюжетных изысканий да излишних нагромождений: есть дочь и отец — первую похищают, второй её ищет. А как именно Брайан Миллс, герой Нисона, ведёт расследование, я вам незамедлительно и поведаю.