Иногда конец чего-то — начало совершенно нового. Вот и закат XX века ознаменовал не токмо старт третьего миллениума, но и восхождение на пьедестал зрительской славы золотой эры современного кинематографа, когда авторы ещё воплощали на экранах смелые идеи. Да, порой их творения проседали по части сценария, зато концептуально были глотком свежего воздуха. Одним из таковых творцов являлся Люк Бессон, который подарил миру множество замечательных работ, а потом решил закрыть аттракцион невиданной щедрости и перейти в стан тех, от кого камеру надо держать подальше. В лучшие же годы режиссёр снял живописный «Пятый элемент» с блистательным Брюсом Уиллисом и неподражаемой Миллой Йовович в главных ролях. История там донельзя простая, но до чего захватывающая. Правда, есть множество моментов, что поражают своей непродуманностью, нелогичностью и попросту глупостью. Притом попытка исправить подобные «допущения» сродни уничтожению всего сюжета, ведь каждая такая деталь при обретении причинно-следственной связи разрушает саму фабулу произведения. И что же там за сценарные ужасы такие насочинял господин Бессон? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Как замечательны фильмы, что воодушевляют на собственные творческие порывы с эдаким желанием сваять похожую, но личную историю, притом в разы лучше, благодаря усложнению изначальной концепции. Правда, пошла ли Вики Джуисон в своей «Смертельно прекрасной» дале оригинала али попросту сменила «дурку» на балет — неясно. По факту она создала нечто до боли напоминающее самобытный «Запрещённый приём» Зака Снайдера, только бездарный и безвкусный, зато такой репрезентативный — мм, мечта. Да-да, в ленте зрителя поджидает ворох грязных, тупых членомразей, которые пытаются навредить сильным, восприимчивым, выносливым, харизматичным, умным, ловким и удачливым юным балеринам, попавшим в ситуацию, где цена ошибки — собственная жизнь. И каким же образом мастерицы grand battement jeté сумеют справиться с белыми угнетателями, поработившими половецкую гостиницу в неведомой глуши? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Золотая пора для киноиндустрии пришлась на первую половину двухтысячных, когда большие боссы ещё верили в самобытные сценарии и выделяли на них бюджеты. Притом и режиссёры от них не отставали: с ваялом в руках брались за сочинение крепких историй, пускай и не без глупостей, зато с истовым желанием создать нечто достойное. В тот же период на волне популярности была тема классических монстров, особенно на заре XXI века по вкусу аудитории пришлись произведения про «детей ночи», отчего без труда находились авторы, готовые создавать шедевры с привкусом томат-пасты. Одним из таких творцов по праву считается Стивен Соммерс, который вначале подарил миру дилогию «Мумии», а потом снял всем на радость «Ван Хельсинга» с Хью Джекманом и Кейт Бекинсейл в главных ролях. Первый зарекомендовал себя статным следопытом-охотником, вторая же успела отточить вампирские навыки во франшизе «Другой мир», поэтому оба без проблем вжились в амплуа борцов против порождений ночи и прочей нечистой силы. Но обзирать их путь борьбы против графа Дракулы было бы скучно — тем паче о нём каждый зевака уже давно в курсе, — а вот разобрать глупые моменты фильма, ломающие логику и превращающие развитие сюжета в сюр, когда достаточно одного скромного исправления, дабы всё посыпалось, — пожалуйста, дайте два. Право слово, картина без шуток настолько дырява, что способна рассыпаться от лёгкого дуновения ветерка. Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Некоторые старые фильмы просто требуют современного переосмысления из-за собственной неактуальности в текущих реалиях. Но зачем ваять обычные ремейки, когда можно и нужно уйти в симбиоз жанров, дабы вышло нечто дюже авторское? Видимо, тем и руководствовался Дэниел Голдхабер, решивший в 2026 году снять «Лики смерти», где центральным мотивом выступило желание обновить одноимённый фильм 1978 года. Правда, таковой порыв возник не у главного героя, а у Дейкра Монтгомери — сыгравшего местного маньяка Артура Спивака, — в противовес которому поставили обычную офисную онлайн-клеркиню Марго Ромеро — в исполнении Барби Феррейры, — занимающуюся модерированием популярной социальной сети. Во время рабочего процесса девушка в первый раз натыкается на спорные кадры, но пропускает, подумав о постановке; второй — понеже начальство даёт зелёный свет; на третий же раз в игру вступают сомнения, не позволяющие боле спокойно глядеть на предполагаемые настоящие убийства, скрывающиеся под личиной псевдодокументалистики. И каким же образом юная леди собирается доказать всем, дескать, перед вами натуральный ужас, а не уморительные «снафф-хахашеньки», чего вы все смеётесь, господа-хорошие? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Что стало бы с людьми, которых отправили насильно жить под землю? Подобным вопросом как-то раз задался гениальный продюсер Ясуюки Уэда и породил нечто поистине завораживающее — философский манифест «Технолайз». Само название недвусмысленно обозначает наименование технологии мира будущего, благодаря коей люди научились заменять потерянные конечности на полностью механизированные. Однако одним лишь протезированием авторы не ограничились: помимо возвращения в строй, некоторым избранным посчастливилось войти в ментальную связь с городом — эдакая уникальная способность слышать «глас Люкса». Но было бы всё так просто, не появился тот, кого нарекли «уничтожителем» всего — главный герой Итисэ. Он был обычным уличным бойцом без надежды на прекрасную судьбу, зато с буйным характером, из-за чего и попал в немилость местной шайки бандитов, решившей лишить его руки и ноги в назидание за дерзость. И как же покалеченный, умирающий от потери крови паренёк стал началом конца огромного подземного царства? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Вторая половина нулевых — пора буйного развития интернета и всевозможных предрассудков, с ним связанных. Неудивительно, что киноделы поймали волну за хвост и начали снимать не привычные триллеры, а истории с конкретным сетевым подтекстом — кибер-триллеры. При сих двух словах на ум сразу приходит культовый фильм «Пульс», но речь теперича пойдёт не о нём. На повестке дня произведение 2008 года — «Не оставляющий следа» режиссёра Грегори Хоблита. Ох, сколько же там всего намешано — словно сон внутри сна внутри другого сна. Хотя… нет, всё до безумия узколобо и приземлённо. Притом прекрасно понимаешь, «почему?» творец пытался выстроить повествование именно так, а не как иначе. Простота и наивность сокрыты в разнице между поколениями: «молодые» принимают технологии и ходят с ними на короткой ноге, «старые» же держатся за консерватизм и живут чуть ли не средневековыми представлениями. Каждый ведь помнит сакраментальное: «Кому нужон ваш интернет»? То-то и оно. Правда, токмо ли дело в непонимании? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Что есть «новое слово» в жанре научной фантастики и постапокалипсиса? Перед нами «невероятное» по накалу шизофазии творение Джона Красински, который после так называемого «успеха» оригинального «Тихого места» вновь уселся в режиссёрское кресло и продолжил историю одной семьи — уже в сиквеле под названием «Глава II», стартующем аккурат с финала первой части. Единственный, кого недосчитались — его самого, ведь отец-молодец «героически» отдал жизнь во имя спасения близких. Впрочем, «маэстро» не удержался и всё же объявился в двенадцатиминутном флешбек-вступлении. Там же, на радость зрителям, наконец-то показали — пусть и мимоходом — цели и задачи иноземных интервентов… показали же? Пролог — увы! — оказался нужен лишь ради камео да представления Джона-заменителя в лице Киллиана Мёрфи, сыгравшего деревенского забулдыгу Эммета, дабы Эмили Блант жизнь малиной не почудилась по ходу развития сюжета. Всё остальное зиждется на старом-добром бреде буйнопомешанного — иначе сценарные выверты никак не обозвать: на трон взошли уже не «возможные допущения», а километровые разломы между логикой и здравым смыслом, отчего те не поспевают за повествованием и остаются где-то на задворках — эдаким серым шумом за кадром. И что же там за противоречащие самим себе «хитроумные» выкрутасы насочиняли голливудские писаки? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Каким образом выпутаться из ситуации, когда ты попал в неё по воле случая? Таковым вопросом задался испанский маэстро Начо Вигалондо, который снял фильм под названием «Временная петля», хотя его участие в проекте не ограничивается сидением в режиссёрском кресле: до кучи он ещё самолично полностью прописал историю и сыграл учёного — одну из четырёх ролей. Оставшиеся персонажи — главный герой Гектор, его жена Клара и безымянная девушка на велосипеде. Как всё красиво звучит, но — увы! — без именной ложки дёгтя не обошлось: наши локализаторы решили извратить подтекст без видимых причин и ввести тем самым зрителя в заблуждение. В действительности картина в переводе с оригинала дословно означает «Преступление во времени», полностью отражая свою глубинную суть. И что же там за «преступление» стало краеугольным камнем ленты? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Вот и стартовал финальный сезон сериала «Пацаны», где за восемь эпизодов авторы обещают раскрыть настоящую трагедию и показать кровавую мясорубку на экране, тем самым подведя смысловую черту под основным сюжетом. На словах красиво, на деле же — до крайности смутно, ведь все мы помним, чем закончилась предыдущая часть и чем она была по горло наполнена. По сути, история возводилась там вокруг Джеффри Дина Моргана, а главным ране центром внимания до него был Дженсен Эклз; в 2026 же году нам предлагают полюбоваться на Джареда Падалеки, собрав легендарное трио вместе. Семейное воссоединение Винчестеров — прекрасно, «олдскулы» свело от ностальгии, однако мы не в театре одного актёра, чтоб с гордо поднятой головой внимать всякую сценарную дичь под предлогом невероятного отыгрыша полюбившихся персонажей. Таковы были мои опасения в прошлом — их я озвучивал с грустью в голосе и надеждой в голове: вдруг на творцов снизойдёт озарение, как манна небесная, и они исправятся, сделав «Пацанов» великими вновь? И… удалась ли им сия затея? Так как времени в обрез, то каждая серия обязана быть чем-то взрывающим мозг, потому-то, разобрав уже первую, можно будет преспокойно сделать промежуточные выводы и предсказание на скорое будущее. Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Помнится мне, в 2018 году аудитория кипела от восторга после выхода в свет фильма «Тихое место». «Без пяти минут шедевр», — кричал всяк обладатель «жёлтого чемоданчика» от студии, формируя категорически положительный образ у рядовых зевак. Мне же лента, напротив, показалась полной ерундой — до крайности самопротиворечивой, непродуманной и скупой на детали. Последнее, к слову, так и осталось тайной за семью печатями: за последующие релизы никто не удосужился развить тему интервенции. Ну, прилетели пришельцы — и прилетели, кому какая разница: «откуда?», «как?», «зачем?», «почему?» да «ради чего?» слепым и безмозглым крокозябрам понадобилось высаживаться на Землю, али кому из потенциальных космических хозяев взбрело в голову десантировать карательную ватагу для истребления всего живого. «Не важно», — как парировал классик подростковых антиутопий, да? Главное — не внятно раскрыть научно-фантастическую экспозицию, а изобразить на экранах драматическую историю выживания в тяжкий период. Видимо, тем и руководствовался Джон Красински, занявший в ленте почётные кресла режиссёра, сценариста и, заодно, нерадивого отца, до кучи утвердивший на роль матери собственную жену — Эмили Блант. Ух, настоящее «семейное» кино выходит. Жаль токмо, что где-нибудь на фоне не объявился Доминик Торетто — с удовольствием бы выслушал его мнение по вопросу. Ладно, шутки в сторону. Суть моего памфлета — осмеяние банальных сценарных несоответствий, когда говорится одно, но тут же демонстрируется диаметрально противоположное, отчего в голове рождается закономерный диссонанс. Причём глупых моментов в картине хоть отбавляй — всех пальцев на руках и ногах не хватит, дабы пересчитать. Потому возьму лишь самые критические — те, что ломают сюжет пополам и при попытке исправления попросту запустили бы финальные титры, поелику повествование загнулось бы на корню, сделав невозможным всё произошедшее по ходу действа. Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.