«The One Name They All Fear»

Золотая пора для киноиндустрии пришлась на первую половину двухтысячных, когда большие боссы ещё верили в самобытные сценарии и выделяли на них бюджеты. Притом и режиссёры от них не отставали: с ваялом в руках брались за сочинение крепких историй, пускай и не без глупостей, зато с истовым желанием создать нечто достойное. В тот же период на волне популярности была тема классических монстров, особенно на заре XXI века по вкусу аудитории пришлись произведения про «детей ночи», отчего без труда находились авторы, готовые создавать шедевры с привкусом томат-пасты. Одним из таких творцов по праву считается Стивен Соммерс, который вначале подарил миру дилогию «Мумии», а потом снял всем на радость «Ван Хельсинга» с Хью Джекманом и Кейт Бекинсейл в главных ролях. Первый зарекомендовал себя статным следопытом-охотником, вторая же успела отточить вампирские навыки во франшизе «Другой мир», поэтому оба без проблем вжились в амплуа борцов против порождений ночи и прочей нечистой силы. Но обзирать их путь борьбы против графа Дракулы было бы скучно — тем паче о нём каждый зевака уже давно в курсе, — а вот разобрать глупые моменты фильма, ломающие логику и превращающие развитие сюжета в сюр, когда достаточно одного скромного исправления, дабы всё посыпалось, — пожалуйста, дайте два. Право слово, картина без шуток настолько дырява, что способна рассыпаться от лёгкого дуновения ветерка. Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Стивен Соммерс (Stephen Sommers, род. 20 марта 1962, Индианаполис, Индиана)

Хью Джекман (Hugh Michael Jackman, род. 12 октября 1968, Сидней, Новый Южный Уэльс)

Кейт Бекинсейл (Kathrin Romany Beckinsale, род. 26 июля 1973, Лондон, Англия)

Начинается лента стильно, правда, незамедлительно даёт понять, что смышлёных персонажей из неё выгнали поганой метлой, понеже доктор Франкенштейн трудится на князя тьмы, искренне рассчитывая на чистосердечное участие того в проекте по оживлению мёртвой плоти во имя науки. Потому и выходит: убери из уравнения Виктора — и не было бы у Влада Цепеша никакого шанса вдохнуть жизнь в мертворождённое потомство, отчего и вся завязка произведения пошла бы прахом. Минуточку... а как дети у Дракулы вообще «родились», ежели его наложницы такие же холодные кровососущие трупы, не способные к зачатию, как и он сам? Отгадку на такую загадку и за целую вечность не сыскать даже Шерлоку Холмсу.

После до поры до времени всё идёт боле-мене нормально, пока в дверь не стучится охота на вервольфа с единственным револьвером на толпу из десятка человек, заряженным серебряными пулями. Ещё и выбор владельца поражает. Почему не самое бедное семейство вышло в чисто поле с уверенностью, что тот, кого они избрали наживкой, сумеет и не погибнуть, и сделать верный выстрел? Да снаряди Велкан всех бойцов минимум одной скромной пулей из ядовитого для барбоса металла, то никакой трагедии с ним бы не случилось и он остался бы жив-здоров. На край, раз такой жадина, то доверь право меткого выстрела сестре Анне, которая гарантированно его сделает. Ах да, точно! В противном случае братец не станет вампирской служкой, не передаст проклятие Ван Хельсингу, из-за чего тот не обернётся оборотнем и не одолеет наводящую ужас на трансильванскую деревушку летучую мышь. Теперь-то причины столь странного решения становятся кристально ясны.

Хотя, думается мне, виной тому местный воздух, поелику Гэбриэл сразу же по прибытии сталкивается с нашествием невест и даёт им отпор лишь после того, как переводит на них добрую сотню болтов. А ведь мог преспокойно облить арбалет святой водой из личной фляжки (к слову, почему-то отсутствующей в его арсенале) и решить дело без невинных жертв со стороны крестьян. Хорошая мысля доходит, как до утки, на седьмые сутки? Особенно забавно сия деталь выглядит на фоне заявленного зрителям блестящего специалиста с почти пятисотлетним опытом истребления нечисти. Того гляди, скоро из киндер-яйца и рубленого чеснока амулеты мастерить научится.

Зато верный помощник Карл показывает инженерные чудеса эпохи Нового времени уже сейчас, когда создаёт компактную световую бомбу, способную ночью озарить аналогом солнечного света огромный дворец, набитый вампирами. Как ему это удалось? Настоящая мистика. По факту вслед за героями должен был пуститься вдогонку огромный выводок отродий ночи, мгновенно поймавший нашу компанию и осушивший её досуха в ближайшие четверть часа.

Причём то не единичный эпизод полезности, ибо наш послушник — регулярно нарушающий обеты — находит ответы на вопросы: как попасть в замок Дракулы и как его убить? Всё оказывается до безумия просто — предок Анны оставил подсказки и построил портал, но спрятал их так, чтоб... погодите секундочку... а зачем рыцарь, одаривший внуков проклятием, выстроил вокруг себя чёртову вереницу тайн, когда элементарно мог обо всём сообщить напрямую и не мучить родственников столетиями гиеной огненной? Ради «эффекта неожиданности»? Так спасение от вечных мук ада висело на волоске и лишь волей блудливого случая всплыло на поверхность. Ну спасибо, Валера Старший, услужил так услужил, оказав медвежью услугу грядущим поколениям.

Благо советом получше Карл обременил Ван Хельсинга, шепнув тому на ушко любопытный секретец о возможности сопротивляться хозяину во время превращения в волка в течение двенадцати ударов в его первое полнолуние. Правда, нагло соврал насчёт количества доступного времени, однако не будем сильно журить будущего монаха, таки дело сделано — Влад Цепеш побеждён даже после того, как луна несколько раз за шесть минут успевает скрыться за облаками и вернуться обратно на небо для продолжения судьбоносной схватки. Дабы избежать такой глупости, достаточно было развить тему, сказанную самим же графом «кровосисей» ране: «Первое превращение для оборотня никогда не проходит гладко», — и всё.

В итоге перед нами, несмотря на ворох возможных сценарных допущений, на кои я смело смежаю очи, вполне себе зрелищный фильм, что можно раз в годик-другой с удовольствием пересматривать. Тем боле внешне картина до сих пор приятно удивляет проработкой визуальных эффектов. Безусловно, пластилиновые моменты встречаются, но как же ловко они замаскированы. Хотя рваный монтаж — с нарезкой кадров по четверть секунды в экшен-сценах — порой лишает понимания происходящего на экране. А при попытке вникнуть в только что увиденное в голове наступает идейный коллапс из-за понимания бессмысленности множества событий, когда трюки выполняются исключительно ради демонстрации залихватских умений персонажей. Так или иначе, за подобным буйством бреда буйнопомешанного наблюдаешь с улыбкой на лице, понеже перед нами выстроился атмосферный киноаттракцион в жанре тёмного фэнтези. Посему «Ван Хельсинг» мне до сих пор по душе. Он идеальный выбор на вечер в компании славных друзей и товарищей, чтоб всем скопом сначала полюбоваться на прекрасных джентльменов и дам, а под финал насладиться образом здоровенного Носферату. Да и лик чудовища Франкенштейна не может не изумлять. Филигранная работа всей съёмочной группы: от мала до велика. В частности, режиссёра и сценариста ленты в одном лице. Да-да, Мистер Соммерс добился желаемого результата и подарил миру культовое произведение. Так и хочется рассыпаться в хвалебных речах, а под конец крепко пожать ему руку в знак признательности за проделанный творческий путь.

Оценка — 8 из 10

«We dare you.»

Некоторые старые фильмы просто требуют современного переосмысления из-за собственной неактуальности в текущих реалиях. Но зачем ваять обычные ремейки, когда можно и нужно уйти в симбиоз жанров, дабы вышло нечто дюже авторское? Видимо, тем и руководствовался Дэниел Голдхабер, решивший в 2026 году снять «Лики смерти», где центральным мотивом выступило желание обновить одноимённый фильм 1978 года. Правда, таковой порыв возник не у главного героя, а у Дейкра Монтгомери — сыгравшего местного маньяка Артура Спивака, — в противовес которому поставили обычную офисную онлайн-клеркиню Марго Ромеро — в исполнении Барби Феррейры, — занимающуюся модерированием популярной социальной сети. Во время рабочего процесса девушка в первый раз натыкается на спорные кадры, но пропускает, подумав о постановке; второй — понеже начальство даёт зелёный свет; на третий же раз в игру вступают сомнения, не позволяющие боле спокойно глядеть на предполагаемые настоящие убийства, скрывающиеся под личиной псевдодокументалистики. И каким же образом юная леди собирается доказать всем, дескать, перед вами натуральный ужас, а не уморительные «снафф-хахашеньки», чего вы все смеётесь, господа-хорошие? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Дэниел Голдхабер (Daniel Goldhaber, дата рождения засекречена ЦРУ, Боулдер, Колорадо)

Дейкр Монтгомери (Dacre Kayd Montgomery-Harvey, род. 22 ноября 1994, Перт, Западная Австралия)

Барби Феррейра (Barbara Seppe Ferreira, род. 14 декабря 1996, Куинс, Нью-Йорк)

Старт ленты при всём ворохе откровенной толерастии — достаточно интересный, размеренный, мгновенно кидающий в гущу событий, причём ещё и акцентирующий внимание зрителя на вполне актуальных проблемах современного общества — тотальном цинизме и процветании кругом чистого индивидуализма. Подобный подход меня приятно удивил: местами, конечно, изображено всё чересчур надуманно, даже возведено в натуральный абсолют. Хоть оные решения и задумывались как эдакая недомолвка ради построения дуги характера, в любом случае перед нами, на первый взгляд, гражданин с зачатками пробуждения классового сознания. И действительно, улыбка не будет сходить с моего лица добрые две трети произведения, но потом в сюжет ворвётся сперва беспросветная тупость, а после — опошление и извращение всего ране высказанного. Не шучу, когда в поисках истины героиня сама становится жертвой, перед нами раскрывается иная сторона личности, к сожалению, не персонажа, а сценариста, ибо тому в голову приходит гениальная идея вписать в историю ненадуманную ересь, сравни горячечному бреду буйнопомешанного, поелику всякий человек в экстремальной ситуации, по мнению автора, мгновенно трансформируется в клинического идиота. Или всё не случайно и ещё со вступительной минуты было лишь маской? Притворством?

Почему Марго не отправилась в полицию, взяв ситуацию под контроль лёгким движением руки? Так обращалась, а её оттуда пинками выпроваживали, отчего и пришлось прибегнуть к помощи в сети, попытавшись пуститься по рельсам общественного резонанса. Притом люди мгновенно нашли прямые доказательства реальности «постановочных» кадров. Помогло ли? Отнюдь. И тут-то в голову закрадываются смутные сомнения: вероятно ли такое в жизни? С одной стороны — да, вполне себе, с другой же — когда жертв много, то бездействие полиции выглядит натуральным натягиванием совы на глобус. Тем паче при условии появления пропавших бедолаг в роликах, где над ними совершаются экзекуции. Дважды-два уже никак не складываются и не являются поводом для возбуждения дела и начала следствия? Даже на просторах интернета не появилось массы конспирологических детективов, кроме нашей леди Ромеро. Полная же чушь — такого попросту быть не может в около глобальных масштабах. Ладно бы нам показали типичные локальные подозрения, когда заметил странности у соседа, пустился за ним в слежку и откопал парочку скелетов в шкафу.

Именно поэтому, освободившись от пут, девушка перед побегом от пленителя решает собрать железобетонные доказательства его вины. Казалось бы, найден твердотельный накопитель со всеми видеоматериалами, где до кучи крупным планом отчётливо показывается лицо убийцы, докиньте в обвинительный акт показания двух беглянок — и вот вам пятьсот лет отсидки после обыска маньяцкого дома. Ан нет, Марго сие не устраивает и она продолжает настырно что-то выискивать, пока освобождённая за компанию подруга по несчастью не теряет терпение и не выбивает окно, тем самым обнаружив себя и запустив программу «зачистки свидетелей». К слову, сцена стрельбы из винтовки напоминает эпизод из «Дома, который построил Джек» Ларса фон Триера. Замечу: подобных «оммажей» в ленте полным-полно. Например, главная героиня живёт в доме с точной копией голубого соседа из «Скотта Пилигрима против всех»; Артур Спивак — без пяти минут Буффало Билл: от поведения и внешности до движения в кадре; о тележке прочих присутствующих в сюжете «воодушевлённых» образов и говорить нечего.

Ларс фон Триер (Lars Trier, род. 30 апреля 1956, Копенгаген, Ховедстаден)

Совсем забыл, о чём бишь я? Ах да, невнятная нерасторопность. Медлительность впоследствии стала причиной единоличного спасения из-за пулевого ранения спутницы — не тащить же её на себе, когда враг вот-вот нагонит, верно? По тем же соображениям ране в подвале был брошен на растерзание и безвинный парнишка, на глазах у которого приморили отца, отчего тот находился в психическом состоянии «овоща». Хорошо, допустим. Бросить находящегося в прострации без попытки привести того в чувства — примем за вынужденный ход, однако в чём суть десятиминутного стояния у компьютера маньяка? Поиски «истины» повлекли за собой уже прямую вину, ведь в финале оказалось, что обоим оставшимся узникам была уготована в назидание за уничтожение диска участь Ран. Да-да, коли ты главный герой фильма, то на стрелка либо нападает приступ «имперского штурмовика» и он мажет в упор, либо же марксманским оком бьёт исключительно точно в сюжетноважную деталь. А вы думали, почему Марго после вызволения и приезда с полицией была вновь послана сотрудниками правопорядка в пешее эротическое? Неприкосновенность частной собственности во всей красе — никуда без ордера. Потому-то и приходится в одиночку вернуться в злосчастный дом, чтоб попытаться спасти оставшихся в нём жертв. Кто же знал, что уже давно поздно и не осталось никого? Благо в результате схватки на кулаках и на прутах госпожа Ромеро выходит победительницей. Правда, какой ценой? Девушка понимает — её человечность никому не нужна и выжить сегодня можно, лишь став зверем, как и всякий зевака вокруг.

Мда-с, вслед за многообещающим началом последовал мрак и сгубил единственный лучик света у произведения, оставив в кадре сплошное инклюзивное месиво из «угнетённого» разнообразия. Даже бодипозитивные формы, из-за коих Марго сумела выстоять в схватке с Артуром, — меркнут на сём фоне. Причём забавно: всю дорогу бедняжка страдала после гибели сестры, в смерти коей винила саму себя, а вылечилась, совершив очередное убийство, пусть и в целях самообороны. Почему это плохо? Так она включила камеру и записала снафф-видео в духе самого Спивака, дабы народ наконец-то уверовал в её правоту. Не циничный, а справедливый поступок. Эм, что? Минуточку... глубинная идея режиссёра заключена в том, что бороться бесполезно и надо не только принять судьбу, но ещё и покорно влачить существование с мыслью о безысходности что-либо изменить? Замечательный метод подавить любую революционность во имя воспитания рабского сознания.

В итоге перед нами толерантный подменыш, который кажется чем-то вполне себе удобоваримым, пока не снимает маску, обнажая свой истинный, животный лик. Картина не работает ни как социальная драма, ни как ужастик, пускай и выглядит вполне натуралистично. Ну, хоть где-то не сплоховали и сумели добиться желаемой атмосферы. Правда, был бы маньяк действительно страшным, на край прописанным, а не вечно таращащимся в двух сантиметрах от экрана пустым болванчиком без мотивации. Не стану отрицать, в какой-то мере она имеется, вернее, авторы очень сильно жаждут показать того, у кого нет цели — есть только путь. Какова причина совершаемых злодеяний? Дык, он же психопат, его интересует сам процесс — и всё. Притом проэкспонирован Артур был грамотно: будучи менеджером интернет-провайдера, он легко выбирает и вычисляет жертв по IP. Так отчего же в конце скатился до уровня «злого злодея»? Ответа — увы! — мы никогда не узнаем. Так и пал последний шанс кинополотна вылиться во что-то боле-мене связное и цельное. Посему «Лики смерти» как незаметно вышли, так же и будут забыты: в них нет ничего, что помогло бы им закрепиться на пьедестале успеха. Особенно когда вначале творцы представляют юную революционерку, чтоб после вменить в её уста реакционные лозунги о бесполезности любого сопротивления системе. Гнёшь спину за еду? Радуйся тому, что вечером сумеешь прилечь на мягкий диванчик, а не стать главной сенсацией утренних новостей, когда покажут извлечённое из канавы новое тело жертвы. Ай, чего уж там, даже ежели и станешь — смиренно терпи. Вот какой посыл шепчет между строк господин Голдхабер всем зрителям. И за подобную честность ему даже хочется отвесить сердечный поклон с медовыми речами: мол, спасибо, хоть в рыло не плюнул.

Оценка — 3 из 10

«Kill With Me?»

Вторая половина нулевых — пора буйного развития интернета и всевозможных предрассудков, с ним связанных. Неудивительно, что киноделы поймали волну за хвост и начали снимать не привычные триллеры, а истории с конкретным сетевым подтекстом — кибертриллеры. При сих двух словах на ум сразу приходит культовый фильм «Пульс», но речь теперича пойдёт не о нём. На повестке дня произведение 2008 года — «Не оставляющий следа» режиссёра Грегори Хоблита. Ох, сколько же там всего намешано — словно сон внутри сна внутри другого сна. Хотя… нет, всё до безумия узколобо и приземлённо. Притом прекрасно понимаешь, «почему?» творец пытался выстроить повествование именно так, а не как иначе. Простота и наивность сокрыты в разнице между поколениями: «молодые» принимают технологии и ходят с ними на короткой ноге, «старые» же держатся за консерватизм и живут чуть ли не средневековыми представлениями. Каждый ведь помнит сакраментальное: «Кому нужон ваш интернет»? То-то и оно. Правда, токмо ли дело в непонимании? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Грегори Хоблит (Gregory King Hoblit, род. 27 ноября 1944, Абилине, Техас)

Том Круз (Thomas Cruise Mapother IV, род. 3 июля 1962, Сиракьюс, Нью-Йорк)

Дайан Лэйн (Diane Colleen Lane, род. 22 января 1965, Нью-Йорк, Нью-Йорк)

Билли Бёрк (William Albert Burke, род. 25 ноября 1966, Беллингхем, Вашингтон)

Вступление во многом копирует «Особое мнение»: демонстрируются возможности спецотдела — добавь туда прозрачные экраны, и можно начинать глазами выискивать в толпе Тома Круза. Единственное, чего я так и не уразумел: зачем психопату понадобилось сажать на цепь для медленной смерти безвинную зверушку? Али сие — клише про «сначала котят, потом людей»? Ей-богу, кроме как «натренировался на Лулу» происходящее не обозвать. Причём, наблюдая акт живодёрства, Дженнифер Марш — в исполнении Дианы Лэйн — не предпринимает ровным счётом ничего, понеже сперва воспринимает сайт как нечто больное, но всё же шуточное и постановочное. Всё меняется, когда дело доходит до людей. К слову, ране показанная киса — не случайный выбор: пушистик принадлежал одному из обидчиков, коему повезло поболе остальных — он не угодил лично в петлю. И, казалось бы, пошли жертвы — пора действовать, но… созерцание ужаса становится краеугольным столпом повествования. Без шуток: раз за разом одна и та же картина маслом — «аналитическая банда» собирается, будто в кинотеатре, и преспокойно любуется на поединок жизни и смерти. Даже в финале, когда в ловушку попадает дорогая коллега. Не хватает только стаканчиков с попкорном да лимонада, дабы окончательно превратить происходящую вакханалию в цирк и утвердить диагноз: шизофазия в терминальной стадии.

Однако не будем принижать «умения» агентов. К ним в ряды затесалась золотая пустолайка — Билли Бёрк, сыгравший Эрика Бокса. Или… он уже тогда слился с амплуа отца Беллы и решил изображать нерадивого «батю-шефира»? Как говорится: «Найдите десять отличий». Спойлер: их нет. Ах да — усы. В «Сумерках» есть, тут — нет. Ловко придумано — маскировка уровня очков Кларка Кента. Токмо в нашем случае пытаются запутать не встречных-поперечных внутри произведения, а самих созерцателей фильма.

Ежели говорить серьёзно, столь бестолковых сыщиков ещё поискать. Разгадка буквально падает им в руки — по прямой наводке. Профессиональных агентов тыкают носом в очевидное со словами: «Вот из-за кого всё началось!» И плевать, что до истины один из них докопался ценою собственной жизни — ему пришлось «проморгать» жирную подсказку, дабы несмышлёные сослуживцы наконец приметили связь с мелькающим числом «371» и перестали строить из себя законченных олигофренов. Ну, по крайней мере показанное «чутьё» сыщиков, где они бессмысленно перемещаются между локациями, делая вид бурной деятельности, словно вдохновило творцов «Чёрного телефона». Там ситуация сродни: детективы столь же беспомощны и безалаберны, что ажно жертве приходится спасаться собственными силами из лап безумца, транслирующего злодеяния в прямом эфире, где собрались миллионы зевак по всему миру.

Самое забавное в показанном счётчике — даже не забывчивость сценаристов, а суммарное количество пользователей онлайн. Интернет у меня появился аккурат в 2008 году. И вот скажите: мог ли в те времена безымянный сайт собрать тридцать миллионов зрителей единовременно? Вопрос риторический. Вышла тотальная смехотворная глупость. Для голливудских писак заоблачные цифры — эдакое «много-премного», чтоб шокировать аудиторию запредельными «вау»-значениями.

Не лучше обстоит дело и с антагонистом: некогда нормальный, примерный юноша сходит с ума на фоне смерти матери и трагедии с отцом, над которым ещё и посмеялся целый город за «кобейновщину». Тут у любого фляга засвистит, отчего его и помещают в лечебницу… а вскоре выпускают на вольные хлеба, где и начинается исполнение плана мести всем причастным к «травле». Допустим, примем «рациональность» докторов за «возможное сценарное допущение» и не станем журить авторов за него. Слышал, Гриша? Выдыхай. А вот за пустую мотивацию — извольте ответить. Тут мы имеем полное право на едрёную хулу: в кульминации причины садистских деяний звучат громко, да только глубины в них ни на грош — сплошной «форсажный» пафос, оборачивающий концовку против самой же ленты.

В итоге перед нами не цельное произведение, а затянувшийся полуторачасовой диалог со сменой локаций, кой забывается уже к титрам. Подобное боле походит на сжатый в формат фильма дешёвый сериал, где каждая жертва могла бы стать отдельным эпизодом с подробным расследованием. И, глядя на послужной список господина Хоблита — набитый «ментовским» содержимым, — сия догадка кажется вполне закономерной. Да, бюджет позволил выдать технически крепкое полотно по канонам своего времени. Но одно дело — потратить дома сорок минут на серию, и совсем иное — растянуть ту же суть на полный метр и утопить зрителя в скуке, тем паче заставив того выбраться из родной хатки в кинотеатр. Посему «Не оставляющий следов» и остался на задворках истории — как никем не запомнившийся «триллеросодержащий» хлам. Вспоминать его попросту не за что: ни внятной мотивации антагониста, ни адекватной работы следствия. Бродящий кругами и болтающий без умолку отец Беллы Свон, будто ищущий отблески Эдварда, чего стоит. Увы, найти «кровосисю» не в той картине не вышло, равно как и у режиссёра не вышло сложить всё воедино: каждая сцена живёт сама по себе, а сюжет продвигается доле лишь за счёт бесконечной череды случайностей, коих к финалу набирается ворох и маленькая тележка. О каком-либо глубоком смысле и говорить не приходится: коли он там и есть — сокрыт столь густым туманом, что его и за неделю не отыщешь — быстрее забудешь увиденное, нежели разгадаешь всю полноту внутренней философии.

Оценка — 4 из 10

«Silence is Not Enough»

Что есть «новое слово» в жанре научной фантастики и постапокалипсиса? Перед нами «невероятное» по накалу шизофазии творение Джона Красински, который после так называемого «успеха» оригинального «Тихого места» вновь уселся в режиссёрское кресло и продолжил историю одной семьи — уже в сиквеле под названием «Глава II», стартующем аккурат с финала первой части. Единственный, кого недосчитались — его самого, ведь отец-молодец «героически» отдал жизнь во имя спасения близких. Впрочем, «маэстро» не удержался и всё же объявился в двенадцатиминутном флешбек-вступлении. Там же, на радость зрителям, наконец-то показали — пусть и мимоходом — цели и задачи иноземных интервентов… показали же? Пролог — увы! — оказался нужен лишь ради камео да представления Джона-заменителя в лице Киллиана Мёрфи, сыгравшего деревенского забулдыгу Эммета, дабы Эмили Блант жизнь малиной не почудилась по ходу развития сюжета. Всё остальное зиждется на старом-добром бреде буйнопомешанного — иначе сценарные выверты никак не обозвать: на трон взошли уже не «возможные допущения», а километровые разломы между логикой и здравым смыслом, отчего те не поспевают за повествованием и остаются где-то на задворках — эдаким серым шумом за кадром. И что же там за противоречащие самим себе «хитроумные» выкрутасы насочиняли голливудские писаки? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Джон Красински (John Burke Krasinski, род. 20 октября 1979, Бостон, Массачусетс)

Киллиан Мёрфи (Cillian Murphy, род. 25 мая 1976, Дуглас, Корк)

Эмили Блант (Emily Olivia Laura Blunt, род. 23 февраля 1983, Лондон, Англия)

Начнём с малого — с того, что всё-таки удалось разузнать о пришельцах: перемещаются в духе марсиан Уэллса — на метеоритах, да и приземляются тем же манёвром — крепким ударом о гравий. Казалось бы, сверхпрочные существа вправе путешествовать по галактике как вздумается, да токмо в сиквеле их обратили из «идеальных» хищников в жёванный картон, кой тает на глазах, стоит лишь чихнуть в их сторону. Вот и девочка с грубым металлическим прутом залихватским уколом без труда справляется с бумажным зверьком. Хотя и без дегенеративных «улучшений» они вряд ли пережили бы подобные колоссальные перегрузки при падении: броневой каркас, вне всяких сомнений, уцелел бы, да только внутри него вместо внутренних органов остался бы — сплошной фарш. То есть монстры гарантированно околели бы и вторжение захлебнулось бы на старте. Да и сам «корабль» падает в количестве одной штуки — откуда в нём десанта на покорение всей Земли? Али их было больше, да нам по любимой привычке решили ничего толком не показывать? Ничего же непонятно.

Герберт Уэллс (Herbert George Wells, род. 21 сентября 1866, Бромли, Англия)

Дале следует череда мелких нестыковок: смена лета на осень за сутки — ерунда, посерьёзнее же — детки, которые за те же двадцать четыре часа вымахали в здоровенных лбов (особливо средний). Но то жалкие пожухлые цветочки — кислейшие ягодки зреют впереди. В оригинале герои шастали строго босиком — дабы не шуметь. В прошлый раз за оную глупость я их уже журил: и ежу понятно — толку ноль. Однако в продолжении даже месье Красински решил иронически «переобуться» — в прямом и переносном смысле высмеяв собственный ход конём. Начинаем с гордой походки по хрустящим листьям при наличии тишайшей травы, а заканчиваем фактически лозунгом: «В обуви ходить практичнее!» Доказывается польза пары надёжных сапожек легко. Во-первых, Эммет бродит исключительно в рабочих башмаках, не испытывая проблем с шумом, и, во-вторых, стирает только подошву, а не собственные пятки в кровь, рискуя получить сепсис со всеми вытекающими: от невозможности нормально передвигаться до загнивания конечностей. Да и до смерти, чего уж там.

Старый знакомец, дружелюбный сосед, выживающий в одиночку, впрочем, умом тоже не блещет: соорудил убежище в доменной печи, кою запирает на засов, оставляя в роли «предохранителя» от вечной блокировки обычное, хоть и кристально-белое за полтора года апокалипсиса, полотенце. Не проще ли вовсе убрать «шпингалет» из конструкции, раз он не выполняет своих прямых функций и нужен лишь ради продвижения сюжета? Да-да, «чеховское ружьё» во всей шизофазийной красе: раз повесили — обязано выстрелить. И ближе к развязке детишки таки застревают, словно сельди в бочке, с перспективой задохнуться от банальной нехватки кислорода.

Не отстаёт и любовь к «бросанию» напарников. Сначала Эммет уходит на разведку со слуховым аппаратом глухой девочки — та, решив, будто её обокрали и бросили, ударяется в тихие, но горькие слёзы. Затем мать семейства, не оставив записки, отправляется в аптеку, вынуждая сына броситься в погоню — пусть и до порога, однако с предельным риском привлечь внимание монстров снаружи. Удивительно, как сей ход остался без должного осмысления и лишь породил возможность разорвать повествование на три линии и смонтировать их в беспорядочную кучу известного содержимого.

Отойдём на шаг — тем паче пора занавес опускать — и похулим «гениальный» приём как таковой: когда действие совершается лишь ради следующего действия, а не ради раскрытия характеров али стройного продвижения по истории. Нет, господин Красински, присев ещё и в кресло главного сценариста, постановил, будто зритель жаждет удвоения... ой, утроения ночного экшена заместо выверенного повествования. Решение настолько спорное и губительное для им же созданной изначальной концепции, что окончательно низводит логику в самый темнейший угол бездны, куда не светит солнце. Отсюда и полуживая лодка с пришельцем на борту, коя за ночь умудряется придрейфовать до острова, даже не маячившего на горизонте, столь далёк он был от суши. Удобная череда совпадений вновь толкает сюжет вперёд пинками.

В итоге перед нами оказывается всё то же неудобоваримое, скупое на детали, зато щедрое на глупости Нечто. Минуточку... как уже подведение черты? А чем всё закончилось-то? Да ничем. За полтора часа хронометража зеваки по ту сторону экрана не узнают ровным счётом ничего свеженького. Мы остаёмся в блаженном неведении — в ожидании триквела, квадриквела и так доле по списку, где нам, быть может, вновь кинут экспонирующую и в хвост и в гриву кость в виде пятимиссисипного метеорита. С таким «успехом» не разгадать нам ни внятного замысла вторжения на Землю; да не увидеть воочию тех, кто стоит за разработкой плана-капкана и посылом ручных псов на «зачистку территории» от местных аборигенов. Из плюсов — разве что техническая сторона, особливо приглянулась цветокоррекция. Но пользы от неё, равно как и от прочих аспектов, — как от одеяла, на миллиметр перетянутого на себя: вроде есть, а толку нет. Картины подобного уровня могут выглядеть на один мятый фантик, но скрывать под ним монолит истории — и тем брать быка за рога. В нашем же варианте сценарий сшит белыми нитками и расползается от малейшего неловкого движения. Посему «Тихое место 2» — не выживание людей в постапокалипсисе, бьющихся в агонии от лютого страха и чистого ужаса, и даже не научно-фантастическое вторжение развитой инопланетной расы, покорившей бескрайние просторы космоса, — а сплошная пустота, где будто бы всё время пытается произойти важное событие — да токмо всякий раз спотыкается о собственные же правила миропорядка и там же замирает в ожидании небесного провидения. Ответ — увы! — ни в какую оттуда сверху снисходить не желает. Как ни крути рацию в руках, а сигнал упорно не поймаешь. Героям остаётся лишь куковать да переминаться с ноги на ногу в надежде на свершение долгожданного чуда. А оно… как назло, не спешит обнадёживать нашу босоногобашмачную банду. Но... ещё не вечер.

Оценка — 4 из 10

«A Trip Back in Time... from Present to Crime»

Тема перемещения во времени многогранна, отчего и занимает умы публики боле ста лет различными своими проявлениями, будь то книги, фильмы или игры. Кого-то интересует сугубо научно-фантастическая составляющая, когда просто хочется увидеть на практике доселе недостижимое, выйдя за пределы пресловутой теории. Кого-то же, наоборот, увлекает мечтательная сторона вопроса, ведь истово манит обыденная мысль о том, что, будь всё реальностью, можно было бы достичь идеальной жизни, ибо всякий человек совершает ошибки, а когда постфактум знаешь, к чему приведёт твоё решение, то лёгким движением руки хочется развернуться на сто восемьдесят градусов и устремиться на «правильный» путь. Но каким образом выпутаться из ситуации, когда ты попал в неё по воле случая? Таковым вопросом задался испанский маэстро Начо Вигалондо, который снял фильм под названием «Временная петля», хотя его участие в проекте не ограничивается сидением в режиссёрском кресле: до кучи он ещё самолично полностью прописал историю и сыграл учёного — одну из четырёх ролей. Оставшиеся персонажи — главный герой Гектор, его жена Клара и безымянная девушка на велосипеде. Как всё красиво звучит, но — увы! — без именной ложки дёгтя не обошлось: наши локализаторы решили извратить подтекст без видимых причин и ввести тем самым зрителя в заблуждение. В действительности картина в переводе с оригинала дословно означает «Преступление во времени», полностью отражая свою глубинную суть. И что же там за «преступление» стало краеугольным камнем ленты? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Начо Вигалондо (Ignacio Vigalondo, 6 апреля, 1977, Кабесон-де-ла-Саль, Кантабрия)

Начинается произведение отчасти странно, понеже сцена с поездкой на автомобиле, открывшимся багажником у дома да выпавшими покупками ни к чему не приводит и выглядит лишней. Аль нас так ловко авторы подвели к нежеланию ездить в выходной день куда-либо дважды? Тогда всё логично. К счастью, балластный эпизод один-единственный, и вся прочая структура является цельным хребтом кинополотна, то есть события доле будут тесно связаны нерушимой нитью между собой, и при попытке выдернуть любое из повествования попросту разрушится композиция, обратив сюжет фильма в невозможную, скучную белиберду. А те моменты, что на первых порах покажутся странными, будут наглядно раскрыты последующими сингулярными шагами. Правда, кое-что таки останется без ответа и попадёт в разряд допустимой сценарной условности. Речь о парадоксе старта — каким мистическим образом «петля» вообще запустилась без участия кого-либо извне? Эдакий уровень появления из ниоткуда Т-800 в 80-х. К слову, картина построена на принципе самосогласованности Новикова, когда всякое действие уже совершено, и любая попытка противодействия ни к чему обратному не приведёт — лишь к реализации самого действия. Вот и мающийся от безделья в шезлонге Гектор #1 с биноклем попадается на удочку своего будущего «я» и выполняет чёткую временную последовательность всего, чтоб попасть в лабораторию и, вернувшись в прошлое, стать Гектором #2, который, в свою очередь, ведом Гектором #3.

О чём бишь я? Ах да, прельщается наш дяденька зазывающими в гущу леса обнажёнными формами велосипедистки, ведь не сидеть же сложа руки, пока дорогая Клара уехала в деревню за съестными припасами. Зверский голод надо чем-то утолять, и пускай минутой ране над сим уже постаралась всё ещё прекрасная отчалившая женушка. Маловато будет, да? Звучит забавно, но всё-таки наш Гектор при виде голой девушки решает, дескать, приключилась с ней беда, и надобно помочь в тяжёлой ситуации, потому-то и направляется в заросли, а никак не с грязными побуждениями. После и «Второй» будет движим исключительно повторением уже произошедшего, поелику именно он и стал их творцом, попав в рабское услужение парадоксу. Разумеется, когда тебя похищают и заставляют раздеваться, угрожая острыми ножницами, то хорошего не жди: даже ежели тебя пытаются убедить в обратном, нужно попытаться дать дёру, иначе поминай как звали. Побег бедолажки становится причиной гибели драгоценной спутницы по жизни и появления «Третьего», который действует с холодной поступью терминатора, ибо понимает, чья судьба стоит на кону, и с болью на сердце приносит в жертву случайную, ни в чём неповинную девчушку ради спасения любимой супруги.

Сурово? Ещё как. Таким образом, Гектор за один долгий-предолгий день превращается в диаметрально противоположную личность, понеже жить ему теперь до конца его дней с грузом вины, что он полностью осознаёт и что нам ярко проиллюстрировал Начо Вигалондо открытым финалом. Автор лаконично сумел объединить жанры триллера и научной фантастики, оставив ненужное за кадром как абсолютно неважное и необязательное, включив в повествование только необходимые для развития действия события. Да, история построена максимально просто, безо всяких излишних нагромождений, зато предельно грамотно. Вступление бойкое, не скучное: в первые же восемь минут нас бросают в самую гущу, дабы за последующие час двадцать довести сюжет до логического конца, замкнув петлю и оставив главного героя «одним-единственным» Гектором на Земле. Причём высокая динамика не надоедает — то и дело зрителю дают мгновение передохнуть и осмыслить увиденное. Особенно интересно выглядит картина на второй, третий и последующие просмотры, когда знаешь, что произойдёт, и ищешь мелкие детали, сыплющиеся там и сям, как из рога изобилия.

Из минусов я бы токма отметил пару технических моментов. Во-первых, зелёный фильтр: лично мне он не по вкусу, хотя в далёком 2007 году был на пике популярности, поэтому тут чистейшая субъективщина — кому как по душе. Во-вторых, неясно, куда подевался бюджет в 2,6 млн долларов, ибо визуальное наполнение местами бедновато. Парочки автомобильных аварий как-то маловато, а разбитая мебель вообще не в счёт. Я, конечно, ничего не утверждаю, однако свежеприобретённый героями домик с ремонтом кое на что намекает. В остальном же — всё прекрасно.

В итоге перед нами предстаёт пускай и не широкоплечий атлант, но вполне себе уверенный испаноязычный представитель научной фантастики. Пять лет тому назад он пришёлся мне по душе, а на днях пересмотрел его с превеликим удовольствием. Каких-либо критических сценарных вывертов в нём нет: первый круг лаконично начинается, и на третьем лента логически завершается, причём вполне конкретно, не оставляя после себя недомолвок. Да, хотелось бы картинку посочнее, но «чем богаты, тем и рады» никто не отменял — главное, концепция перемещения в прошлое выдержана в нужном ключе и соблюдены важнейшие тонкости жанра. Посему «Временная петля» — то самое произведение, что может приятно удивить даже искушённого зрителя, притом идеально подойдёт для многократного просмотра, дабы каждую мелочь разжевать до основания, а вовсе не из-за желания полюбоваться лишний раз на красивую грудь. До кучи кино имеет какой-никакой философский подтекст, кой гласит: «Люди ради своих близких могут забыть про человечность, надеть маску зверя и обратиться в монстра». Остаётся лишь адресованный автором вопрос: «А вы готовы взвалить на собственные плечи непосильную ношу вины и жить с ней до конца своих дней, зная, на что вы пошли и кем вы стали?» Финал идеально подводит к ответу «нет», правда, дверь оставляет за собою приоткрытой.

Оценка — 8 из 10

«Never Meet Your Heroes»

Вот и стартовал финальный сезон сериала «Пацаны», где за восемь эпизодов авторы обещают раскрыть настоящую трагедию и показать кровавую мясорубку на экране, тем самым подведя смысловую черту под основным сюжетом. На словах красиво, на деле же — до крайности смутно, ведь все мы помним, чем закончилась предыдущая часть и чем она была по горло наполнена. По сути, история возводилась там вокруг Джеффри Дина Моргана, а главным ране центром внимания до него был Дженсен Эклз; в 2026 же году нам предлагают полюбоваться на Джареда Падалеки, собрав легендарное трио вместе. Семейное воссоединение Винчестеров — прекрасно, «олдскулы» свело от ностальгии, однако мы не в театре одного актёра, чтоб с гордо поднятой головой внимать всякую сценарную дичь под предлогом невероятного отыгрыша полюбившихся персонажей. Таковы были мои опасения в прошлом — их я озвучивал с грустью в голосе и надеждой в голове: вдруг на творцов снизойдёт озарение, как манна небесная, и они исправятся, сделав «Пацанов» великими вновь? И… удалась ли им сия затея? Так как времени в обрез, то каждая серия обязана быть чем-то взрывающим мозг, потому-то, разобрав уже первую, можно будет преспокойно сделать промежуточные выводы и предсказание на скорое будущее. Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Джеффри Дин Морган (Jeffrey Dean Morgan, род. 22 апреля 1966, Сиэтл, Вашингтон)

Дженсен Эклс (Jensen Ross Ackles, род. 1 марта 1978, Даллас, Техас)

Джаред Падалеки (Jared Tristan Padalecki, род. 19 июля 1982, Сан-Антонио, Техас)

Вступительные две минуты — краткий рассказ о прошлых событиях, правда, настолько сумбурный, что люди с девичьей памятью попадут в прострацию от неразумения происходящего. Ну да ладно, главное — после нас незамедлительно вводят в курс нонешних дел, где Патриот разливается шовинистическим медовым панегириком о возвышенности родного государства перед собранием акционеров. Параллельно сему действу проходит диверсионная вылазка Звёздочки, которая с помощью социально сознательных граждан подключает вместо пресловутой презентации, за спиной у тирана, ту самую запись с борта самолёта, где наши «герои» бросают на верную смерть весь экипаж. И, как я понимаю, показывается оное сугубо в офлайн-формате, то есть никакой онлайн-трансляции нет и в помине, отчего телодвижения наших реакционеров теряют малейший намёк на смысл, зато обретают практически ИИ-черты. Экивок на сатирическое осмеяние ясен как божий день, да токмо выглядит он максимально беззубо. Подобный формат хорош в качестве контента от крепких любителей, но никак не от профессионалов. Почему-то в «Южном парке» аналогичный сюжетный трюк выглядел забавно, ибо был полностью к месту, а не явился на порог через год после окончания «подменнолицевой» лихорадки. Апогей натяжения совы на запоздавший глобус продолжается наутро обсуждением сложившейся «ситуации» и мерами борьбы с ней, понеже «Супермен по скидке» требует справедливости и возмездия любому интернет-пользователю, дескать, надобно посадить в каталажку неверных сопостатов за малейший чих в сторону «право имеющих».

И ей-богу, насколько же всё до зевоты затянуто. Благо продлилась пытка «скукой» лишь десять минут, чтоб после прыгнуть в один из знаменитых концлагерей корпорации Vought, боле походящий на огороженный колючкой курорт, но никак не на нечто схожее с Бухенвальдом, Дахау, Аушвицем, Заксенхаузеном и прочими фашистскими лагерями смерти, к античеловеческой деятельности коих сей милый увеселительный бойскаутский кэмпинг столь рьяно пытались приравнять сценарюги. В реальности же вышла точная копия исправительно-трудового учреждения при бывшем Соловецком монастыре, списанная с «неполживых» книжонок вермонтской «совести нации». Для развенчания мифа о чудесной жизни внутри «санатория года» зрителю показывают страшное — лично варден назидательно избивает какого-то бедолагу своей супердлинной «кожаной балдой». Да, смеху моему не было предела, поэтому срочно требовалось получить дозу драматургии внутривенно. И дают её сценой визита Билли Бутчера к умирающему от рака отцу, где он высказывает всё-всё наболевшее и незамедлительно прекращает страдания родителя в отместку за сущую адскую боль детских времён.

И вновь прыжок на Патриота, готовящегося к программе-опровержению и пытающегося не распалиться от злости ещё сильнее, поелику всякий зевака на студии испытывает перед тем истовый ужас, шок и трепет, чем так и раздражает великовозрастную дитятку. Хорошо хоть команда поддержки в лице Кары была неподалёку и в очередной раз попыталась добиться расположения своего благодетеля всеми возможными путями, но потерпела фиаско и заместо приятного слова получила в ответ грубый токсичный плевок прямо в сердце.

Чем-то столь же язвительным одаривает и своих друзей бородатый Билл, который пытается собрать одну часть старой команды, дабы в едином порыве вызволить другую — заточённую в страшную перевоспитательную зону отдыха. Притом Бутчер успевает даже пошутить про внешность Звёздочки, эдак говоря: «Мы знаем о её хирургических вмешательствах, но нам плевать — и ей в особенности — с высоченной колокольни». Однако сидеть сложа руки не в духе нашей банды: прознав про козни врагов, уже сидельцы принимают решение бежать, чтоб не дать завести в ловушку верных товарищей. Эх, того же дружеского рвения не видать у их корпоративных сверхпротивников, сдуру сходящих с ума: кто-то — от шаткости собственной власти, а кто-то — от внезапной чистой любви.

И в такой беспорядочно безмерной смене действующих лиц проходит полчаса эпизода — ровно половина. Скажу честно: без конца смотрел на временную шкалу и как побитый цуцик вопрошал — когда же это кончится? Без шуток, сюжет ползёт в бесконечно тягомотном ключе, так что уже будто вот-вот захочется кричать во всю глотку — то ли жалобные мольбы о спасении, то ли слова проклятия; иначе в тишине попросту либо усну, либо сойду с ума от накала пафоса или от рекламы худшего вендора на свете. Вот и следующие восемь минут — свежая добавка нытья и диалогов по душам, ведь мы их так любим: сначала одних, потом других и в довершение третьих. Последние раз за разом повторяют, что находятся в концлагере, правда, описанная мною выше «райская» жизнь продолжает не вязаться с утверждаемой с пеной у рта «мрачной» реальностью. Али авторы готовили зрителя с помощью снотворных кадров к мясорубке? Да не, бред несу: никакого экшена нет и в помине, лишь продолжение списка, где в разговорную игру вступают четвёртые, а следом и пятые. Благо хоть после дали чуточку насладиться речами местного клоуна — ой, то есть самого интересного персонажа сериала.

Не знаю, можно ли обозвать сцену побега кульминацией. Номинально — да, но по сути — нет. Одномоментно происходит столько всего, во-первых, что происходящее на экране смешивается в сплошную кашу-малашу, где наша команда без труда берёт верх над превосходящими силами врага; во-вторых, что возводится в абсолют целый ряд заезженных клише: «толкнуть вместо того, чтоб убить», «второстепенные персонажи мрут пачками, а главные герои наделены сценарными щитами», «враги медленно надвигаются и чего-то с почтением выжидают» и доле по списку; в-третьих, что ежели бы не чуткое звуковое сопровождение, то над экшеном и вовсе можно было только поставить поминальный крест да крепко посмеяться. Особенно позабавило противостояние Экспресса и Патриота — это вам не драка Флеша и Супермена, что была у Зака Снайдера. Правда, конец всегда един — скорость не только проиграла, но до кучи ещё и сыграла в ящик.

Зак Снайдер (Zachary Edward Snyder, род. 1 марта 1966, Грин-Бей, Висконсин)

В итоге перед нами не громогласное начало сезона, а часовая беседа по душам: один герой идёт к другому, болтает с ним пять минут, после чего нас бросают в противоположный лагерь, где вся схема повторяется — и так по бесконечному кругу до самых титров. Ах да, то и дело в историю проникает очередная порция всякой тошнотворной гадости, не вызывающая ни смеха, ни элементарного намёка на улыбку; эпизод для меня прошёл с каменным лицом, хотя, может, виною тому сонливость, ибо ничего, кроме тоски и скуки, по сюжету не происходит. Посему старт финальной главы «Пацанов» — ещё большая ерунда, нежели четвёртая или третья, с коих и пошло угасание произведения да падение его в бескрайнюю пучину. И — увы! — речь не про моего любимого Пучину, а про самовольное ниспровержение в самую глубочайшую расщелину бездны Тартара. Остаётся ли шанс на хороший исход, пускай бы даже крошечный? Боюсь, ждать попутного ветра — пустая затея, такая же пустая, как и то, во что скатился сериал.

«Silence is Survival»

Помнится мне, в 2018 году аудитория кипела от восторга после выхода в свет фильма «Тихое место». «Без пяти минут шедевр», — кричал всяк обладатель «жёлтого чемоданчика» от студии, формируя категорически положительный образ у рядовых зевак. Мне же лента, напротив, показалась полной ерундой — до крайности самопротиворечивой, непродуманной и скупой на детали. Последнее, к слову, так и осталось тайной за семью печатями: за последующие релизы никто не удосужился развить тему интервенции. Ну, прилетели пришельцы — и прилетели, кому какая разница: «откуда?», «как?», «зачем?», «почему?» да «ради чего?» слепым и безмозглым крокозябрам понадобилось высаживаться на Землю, али кому из потенциальных космических хозяев взбрело в голову десантировать карательную ватагу для истребления всего живого. «Не важно», — как парировал классик подростковых антиутопий, да? Главное — не внятно раскрыть научно-фантастическую экспозицию, а изобразить на экранах драматическую историю выживания в тяжкий период. Видимо, тем и руководствовался Джон Красински, занявший в ленте почётные кресла режиссёра, сценариста и, заодно, нерадивого отца, до кучи утвердивший на роль матери собственную жену — Эмили Блант. Ух, настоящее «семейное» кино выходит. Жаль токмо, что где-нибудь на фоне не объявился Доминик Торетто — с удовольствием бы выслушал его мнение по вопросу. Ладно, шутки в сторону. Суть моего памфлета — осмеяние банальных сценарных несоответствий, когда говорится одно, но тут же демонстрируется диаметрально противоположное, отчего в голове рождается закономерный диссонанс. Причём глупых моментов в картине хоть отбавляй — всех пальцев на руках и ногах не хватит, дабы пересчитать. Потому возьму лишь самые критические — те, что ломают сюжет пополам и при попытке исправления попросту запустили бы финальные титры, поелику повествование загнулось бы на корню, сделав невозможным всё произошедшее по ходу действа. Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Джон Красински (John Burke Krasinski, род. 20 октября 1979, Бостон, Массачусетс)

Эмили Блант (Emily Olivia Laura Blunt, род. 23 февраля 1983, Лондон, Англия)

Вступительным же кадром нам демонстрируют едрёный сюжетный грех — гибель ребёнка, ведь именно кончина малютки подтолкнула родителей в условиях постапокалипсиса искать утешение в заделывании и рождении нового чада. При всей трагичности ситуации, вина лежит исключительно на череде гениальных решений папы с мамой: во-первых, взять с собой на продуктово-фармацевтическую вылазку маленького мальчика, от которого пользы как от козла молока; во-вторых, позволить тому спокойно носиться по магазину и ронять всё, что душе угодно; в-третьих, не отнять у него игрушку и не вывести за руку, а оставить плестись в хвосте; наконец, никак не удостовериться — не удумал ли он там чего смутьянского сам али при «помощи» кого-то из недалёких, как дубовый пенёк, близких. Вкупе получаем уже на старте не случайную трагедию, а полномасштабное буйство сценарной шизофазии, ибо ни один человек, находясь в здравом уме, не сотворил бы подобного клинического дебилизма. Как вишенка на торте — беседа через полтора года в духе: «Никто не виноват». Не хватает только оммажной перчинки: «Он сам пришёл!»

Хвостиком за ним плетётся второй невнятный момент — успешное выживание глухой от рождения девочки в мире, где любое неловкое движение приравнивается к смерти. Ни для кого не секрет, что люди с ограниченными возможностями многие вещи делают неосознанно и как их ни учи — не смогут иначе. Сплошной серый шум от природы — приговор. Вот и бедолажка, пока семья общается языком жестов, даже не шёпотом, делает всё, дабы навлечь беду. Например, с завидной регулярностью проверяет слуховой аппарат показательным щелчком.

После в дверь стучит незваный гость: пришелец заявляется в дом и в ус не дует, как перед ним стоят люди. Хотя с таким-то мощным слухом он легко обнаружил бы любого по тому же напряжённому сердцебиению. То есть прямо сейчас леди и джентльмены должны были лежать да остывать, но никак не двигаться по дому перебежками. Я уж молчу про очевидное наличие аналога эхолокации, коей обязаны обладать безглазые существа, дабы не собирать на полном скаку по лесу каждый встречный сучок.

Следующим гвоздём в крышке становится кульминационная сцена в подвале и на полях фермы. На закуску перед нами на редкость молчаливый новорождённый, который будто осознанно не издаёт ни единого лишнего звука, хотя в реальности давно бы орал на всю Ивановскую от голода. Точно, запамятовал: кругом же литрами стекает с потолка вода, заглушая всякий резкий шум. Минуточку: раз заглушает, тогда каким магическим образом существо в сантиметрах от бурлящего потока слышит происходящий на улице гвалт? Видимо, настолько разложило ушки, что даже беззвучно стоящего и заносящего над головой топор Джона оно легко приметило. Интересно, почему просто толкнуло в сторону? Дабы герою взбрело в голову применить козырь — бессмысленное самопожертвование? В действительности любой адекватный персонаж не раскрыл бы рот в истошном крике, а швырнул что-нибудь в кусты для отвлечения, и, ежели бы не сработало, лишь тогда бы принял роковое решение отвлечь тварь ценою собственной жизни. «Родитель тысячелетия» — в противовес такому ничего не попишешь.

В оконцовке поджидает премия «открытие года» — монстры всё же уязвимы: их можно пустить на корм рыбам, когда те поднимают броню. В финале одного из них легко примаривают прямым выстрелом в обнажённую репу вследствие замешательства из-за звукового воздействия. Красотища, хотя дикое инопланетное животное и минутой ране демонстрировало рабскую покорность и готовность умереть за отцеубийство, распахнув вовсю модную шевелюру. Отсюда вопрос: раз они сами регулярно разевают пасти в поисках приключений, то как военные под учёным командованием не перебили всех захватчиков задолго до истребления 99% всего живого на Земле?

Ну и на сладенькое упомяну таки парочку бестолковых акцентов фильма. (1) На босом передвижении строится добрая треть «тишины», но в реальности нет разницы: хрустит листва под голыми пятками или под подошвой ботинок. А вот получить увечье в первом варианте значительно проще, тем паче бродя по каменистой местности. (2) Ещё поражают засеянные в промышленном масштабе поля кукурузы, при том что элеватор и без свежей партии разрывает от запасов зерна на двадцать пять лет вперёд. (3) Однако прекрасные будни на ферме были бы скучны без светопреставления по ночам, вот и наши герои, сидя в доме, зажигают все огни, имеющиеся в запасе, правда, в качестве источника питания у них всего лишь несколько солнечных панелей, коих хватило бы на часика полтора-два максимум при таком-то эпикурейском потреблении. (4) Похоже, именно поэтому торчащий в подвале на лестнице чеховский гвоздь никто не удосужился убрать — не по темноте же заниматься полезной работой. Прочие напасти уже опущу, смежу на них очи как на со скрипом «возможные» сценарные допущения.

В итоге перед нами оказывается не самобытное произведение, а самое настоящее непродуманное, скупое на детали и противоречащее своим же внутренним законам Нечто. Да, оно стильно снято, атмосфера страха и ужаса присутствует — к несчастью! — абсолютно пустая и искусственная. В происходящем на экране нет и толики смысла, понеже любой важный момент оказывается чем-то скрытым под пеленой тайны, эдак додумывай сам, али в будущих лентах сему вопросу будет посвящена отдельная глава? Ан нет, спустя восемь лет мы так ничего о «слепых» чудах-юдах и не узнали, хотя успели выйти и сиквел и приквел оригинальной картины. Лучше бы Джон взамен авторского троеборья, где он и швец, и жнец, и на дуде игрец, остановился на чём-то одном и довёл до сияющего блеска, вместо провала по всем фронтам разом. Посему «Тихое место» и было позабыто зрителями да является сегодня как минимум темой для шуток, как максимум же — предметом для сравнения с похожими «пришельцесодержащими» кинопродуктами. К примеру, «Разрушитель миров» сюжетно построен на тех же фундаментальных рельсах и имеет в основе аналогичные сценарные проблемы. Ведь на одной актёрской игре и прекрасной картинке далеко не уедешь — хочется заявленной научно-фантастической антиутопии, когда кругом царит агония умирающей планеты да люди денно и нощно сражаются за выживание, закладывая самое себя на алтарь судьбы. А у нас — увы! — милые побегушки по песочку и ламповое общение жестами, вместо суровой действительности, когда каждый день — испытание не на жизнь, а на смерть.

Оценка — 5 из 10

Steel Ball Run: JoJo no Kimyô na Bôken スティール・ボール・ラン ジョジョの奇妙な冒険

Мы все с трепетом на сердце его ожидали, и вот знаменательный день наступил — свет увидел первый эпизод «Гонки „Стальной шар“». Минуточку, какой-какой «шар»? О чём вообще речь? О, такое стыдно не знать. Ноне «Невероятные приключения ДжоДжо» — не просто некое там безымянное аниме, а грандиозное событие, что некоторые личности воспринимают в штыки и лезут на рожон — пусть не с кулаками, но с издёвками по направлению почитателей творчества Хирохико Араки, автора оригинальной манги. Те же, кто на светлой стороне — пользователи хамона, — прекрасно понимают всё величие серии и почему перед нею надлежит встать в изящную позу, понеже весь тайтл пропитан мускулиной крутостью и чистым пафосом. Однако сюжет при сём подходе не является чем-то пресловуто-галочным — нет-нет, он цельный и всякий раз при единой основе обретает уникальные, диаметрально противоположные черты. Араки-сан не входит в одну речушку дважды, а сочиняет совершенно свежие особенности для каждой новой арки. Здорово, не так ли? И что же творец приготовил нам в седьмой части своего джостаровского эпоса? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Хирохико Араки (荒木 利之, род. 7 июня 1960, Сендай, Мияги)

И начинается представление с коротенького двухминутного вступительного слова о Диком Западе, вкратце рассказывающего о колонистах и демонстрирующего на фоне чудеса 3D-графики да тот факт, что первые поселенцы имели сверхчеловеческие навыки, коим обучали самых бойких и верных короне индейцев. Хотя последнее для бывалого зрителя — не магия, а сила одержимости стендом в духе OVA «Так говорил Кисибэ Рохан»: там тоже парнишка бегал со скоростью Гермеса. Следом мы попадаем на пресс-конференцию, где уже представляются суть и правила гонки «Стальной шар» с призовым фондом ажно в 50 млн долларов. Эм, капиталец нехилый, но для 1890 года просто-напросто неподъёмный для какой-то невнятной эстафеты — ведь какой лопух решится выдавать награду, равную целому будущему бизнесу по строительству крыльев для Boeing? Аль в параллельной вселенной и экономика иным образом работает? На деле же сказанное — привычная сценарная условность, когда хочется обозначить заоблачную сумму, эдакое поражающее до раскрытого, как у наивного зеваки, рта «много-премного», благо не нарисовали сокровище на девять миллиардов. Зато через мгновение исправились, прекрасно изобразив первого официально представленного героя гонки — Джайро Цеппели, и получилось это до неприличия эпично. А чтоб совсем до сияющего блеска заполировать сюжетный врыв, показано и прямое действие стенда, пусть и в загадочном ключе, особо привлёкшем мальчишку в кресле-каталке, который носится на нём ещё оперативнее юного «вождя» из пролога.

Отказ показать «шарики поближе» не бьёт по решимости молодого калеки, а лишь вызывает ещё больший её всплеск, и нас незамедлительно погружают в предысторию. К слову, имя персонажа пока названо не было, но зритель давно почуял присутствие джостаровского духа, из коего можно прийти к смелейшим выводам, моментально подтверждающимся через секунду после мысли: «А когда уже?» Правда, звучит оное как-то грустно и невыразительно — на фоне-то цыганских фокусов Джайро, — под стать дождливому объяснению, почему Джонни Джостар ходит не на своих двоих. И причина тривиальна: он вам не истинный джентльмен Джонатан, а обделавшийся под себя грубиян. Ну, по крайней мере, воля у него железная, и даже будучи в состоянии полудееспособного, он продолжает стоять на своём, дабы доказать всем: у волка всё ещё есть зубы. А завершается действо возвращением на сцену эрмиева сына, решившего тоже принять участие в знаменательном челночном-событии. Да-да, лошадь ему ни к чему — понесётся прогулочным шагом на самый финиш могучими ножками.

Ах да, забыл пояснить: вступительный эпизод по классике жанра имеет вдвое удлинённый хронометраж, потому-то первые двадцать минут и были спокойно потрачены на размеренное представление героев, краткую экспозицию и подготовку к гонке, а вот вторая половина уже обещает скачки через континент — от Сан-Диего до Нью-Йорка. Перед стартом перечисляются имена фаворитов и наконец-то показывают главного из них, виновника предыдущих шести арок, — Диего Брандо. Упоминается, конечно, кровосися-негодник вскользь, однако намотать на ус такого молодца-удальца не помешает. Забегая вперёд: из минусов — озвучивает легенду не Такэхито Коясу. Увы и ах! Параллельно Дио мы встречаем ещё массу знакомых лиц — Мухаммеда Абдула и старуху Энию — и кое-кого новенького: Поколоко, полагающегося исключительно на веру в личную удачу. Прочие события начального этапа «Стального шара», пожалуй, опущу — их надо видеть, кроме того факта, что Джайро сражается очень грязно, даже с теми, кто играет против него честно и борется, имея в кармане не подлый трюк, а лишь голое мастерство.

Такэхито Коясу (子安武人, род. 5 мая 1967, Йокогама, Канагава)

И доскакали мы до завершения эпизода, когда вся бравая ватага выезжает из поворота на последний, прямой отрезок трассы. Тут нам окончательно дают понять, кто будет главной пятёркой героев сезона. Правда, не догадаться до сего откровения было невозможно, будь ты хоть трижды валенком. Однако в защиту «сибиряков» скажу: из всего квинтета не получил даже минимальной экспозиции Диего Брандо, которого продемонстрировали просто как стратегически подкованного наездника, использующего хитроумные финты для получения справедливого преимущества; предыстории же остальных показали не только словом, но ещё и дополнили делом, отчего конфликты и причины участия в гонке каждого — предельно понятны. Заканчивается серия лаконично и без лишних фанфар — пересечением финишной черты. Ну, утаивать победителя первого этапа «Стального шара» смысла нет: разумеется, благодаря цыганскому козырю верх берёт Джайро Цеппели.

Перед подведением уже нашей черты добавлю пару фраз про техническую часть. Во-первых, я, конечно, всё понимаю: «ДжоДжо» попал в руки Netflix, да и нонче ONA-формат правит балом, но вспомним приключения Джолин. В «Каменном океане» народ внешне был изображён куда симпатичнее — в глаза не бросались постоянные корявые, выбивающиеся из кадра трёхмерные вставки, порой даже в анимации центральных персонажей. Стоила ли скорость производства того, чтоб принести в жертву велелепное качество рисовки, столь полюбившееся фанатам? Мда, такая вот ложка дёгтя в бочке с мёдом, зато в прочих аспектах — жить можно, пусть и хотелось бы того же уровня, али боле, что был при Джорно Джованно в «Золотом ветре». Во-вторых, визуальные эффекты никуда не пропали — цветут да пахнут всё с той же пафосной мощью. В-третьих, действительно радует аудиодизайн: звуковое сопровождение и музыкальное оформление на высоте, тут не придерёшься, пусть и атмосфера конца XIX века слегка не выдержана в нужном стиле. Но здесь уже чистая субъективная вкусовщина: кому-то в радость на Диком Западе слышать свинговые мотивы, а для кого-то услада для ушек — исключительно вой койота.

В итоге перед нами оказывается не какой-то там старт седьмой арки, а целое культурное событие, что встаёт во главе весеннего аниме-сезона. Да, начало не без проблем, однако моё регулярное нытьё о неприятии внедрения в кадр кривой компьютерной графики с лихвой компенсируется сюжетом. Что поделать: Хирохико Араки — гений, и даровитого авторского видения у него не отнять. Творец вновь меняет вектор повествования на совершенно новый и вновь оказывается прав, отчего вкупе выигрывают все: от любителей манги до приверженцев её адаптаций. Посему «Гонка „Стальной шар“» — хит нонешнего сезона, что затмит любое другое произведение и низвергнет его в пучины Тартара прямиком к древнему тирану Кроносу. Благо хитрые, как Дио, соперники по индустрии успели выйти зимою и поймать свой драгоценный кусочек славы за хвост, покуда его в изящной позе не перехватил настоящий титан — «Невероятный ДжоДжо».