Обливион / Oblivion (2013)
«Earth is a memory worth fighting for.»
А вы знаете, что Тома Круза хлебом не корми — только дай сыграть роль в фильме, где пришельцы либо пытаются, либо уже успели поработить нашу планету? Одним из таких произведений стал «Обливион» — творение любителя научной фантастики Джозефа Косински, который здесь выступил и режиссёром, и сценаристом ленты. Сюжет возводится прямо на обломках нашей цивилизации, где Тому досталось амплуа техника Джека Харпера под номером «49». И при всей банальности истории, за её развитием наблюдаешь не без интереса. Правда, местами кроется в ней такой крепкий ворох сценарных допущений, что созерцательскому терпению рано или поздно приходит конец. Цугундер ломится внутрь ровно тогда, когда глупости достигают критической отметки и переливаются через край. Пересечение грани отключает милосердное закрытие глаз на бесконечную вереницу чудесных цепочек действий, всякий раз ведущих к следующему шагу в раскрытии главной интриги. Исправление любой из них способно всё перечеркнуть и обернуться ранними финальными титрами. Вот об этих-то «весёлых» «допущениях» я вам сегодня и поведаю.
Дебютная проблема является перед зрителем уже на нулевой минуте, когда закадровый Джек разъясняет: как мир докатился до такого? Всё просто — пришельцы уничтожили Луну, и Землю охватил хаос из-за природных катаклизмов — по крайней мере, так нас уверяет фоновый голос «49-го». Во-первых, судя по внешней целостности, наш спутник разрушен процентов на двадцать — при учёте магическим образом неразлетевшихся осколков, — что, разумеется, не повлекло бы за собой никаких страшных, тем паче губительных последствий для населения планеты. Во-вторых, даже ежели смежить очи на пустолайные словеса, то и тотальная аннигиляция Луны не привела бы к столь критическим последствиям, а вот обрушившиеся на поверхность её обломки — да, легко могли стереть жизнь подчистую.
Следом обескураживает появление Тома Круза, который на футуристичном аэроплане прорезает грозовые тучи. Казалось бы, дело в абсолютной защите всех систем управления от электрических разрядов. Ан нет — происходит закономерное падение, после коего герой чудом не погибает, отчего адекватность его дальнейших действий подвергается ещё большим сомнениям. Хотя сцена могла преобразиться до диаметрально противоположной, коли в ней прозвучал бы простой приказ командования: «Провести немедленные учения свежей модификации». Ну, не разбился — и ладно. Да?
После Харпер шокирует высочайшим уровнем навыка «программирования», понеже производит ремонт продвинутого дрона с помощью обыкновенной жвачки. Конструкция из зеркальца на палочке, скреплённая резинкой, в «Спасении рядового Райана» выглядела правдоподобно, но починка иноземной технологии подобным методом походит, скорее, на неудачную попытку пошутить с серьёзным видом.
Закрепляется юмор жирным троеточием — грациозным спуском Джека в ловушку с изяществом кошки и весом комара, поелику припаркованный мотоцикл не только выдерживает массу взрослого мужчины, так ещё и ни на миллиметр не сдвигается. В реальности Том бы упал и минимум получил бы десяток крепких увечий, максимум же — насмерть разбился. А ведь подобной глупости можно было преспокойно избежать, покажи авторы фиксацию в духе подъёмного крана на четырёх штифтах. Как говорил классик: «Ничего — и так хороши будут!»
Замыкает логические дыры завязки сюжета — да-да, не удивляйтесь, целых пять напастей сокрыто в одном лишь вступлении, — исчезновение Харпера с радаров. Всё бы ничего, да только у Виктории, в исполнении Андреы Райсборо, ситуация вызывает нешуточное напряжение — якобы из-за волнения за судьбу товарища. Сцена выстроена так, будто Джек обнаружил хибару день-другой назад, однако по её наполнению ясно: вылазки в серую зону — регулярная практика. Оттого реакция девушки выглядит странно. Она давно должна была оповестить штаб о проблемах связи в конкретной зоне, чтоб туда элементарно, как в будку, свет провели. Но тогда бы «райская» жизнь героя мгновенно перечеркнулась, а финал обернулся бы кошмаром — агонией адского существования на умирающей планете. Как вишенка на торте — вряд ли «49-й» вообще успел бы добраться до места крушения шаттла и найти кого-либо в живых, ежели бы находился дома, а не на секретной и уютной даче.
Тем временем сюжет так али иначе обязан был загнуться ещё на показе жесточайшей посадки спасательного модуля, в результате коей внутри гарантированно погибли бы все без исключения — из-за взрыва и перегрузок. И это при условии, что минутой ране нам крупным планом нарисовали тихо-мирно спускающийся на парашютиках аппарат. Включил движок за секунду «до»?
В том же ключе свершён и захват героя «падальщиками» под управлением Моргана Фримена: при всём своём дружелюбии они почему-то первым делом бьют прикладом Тома Кукуруза по репе, вместо того чтоб преспокойно объяснить суть да дело. На кой ляд было прибегать к насилию? Дабы зрителю сюрприз не испортить? Иного хитроумного оправдания их поведению я не нахожу, понеже повстанцы до раскрытия истины ведут себя как дикие звери, а не благопристойные борцы за освобождение от гнёта космических интервентов. Причём доле их поведение вновь скатывается к эсеровским методам — даже после того, как им ничего не стоит внятно объяснить, что фактически представляет из себя ИИ-Тет. Спойлер: бездушную машину — и всё.
Однако человек — не машина, не слеплен из шестерёнок, ему многое простительно. А вот местная матка жестяного муравейника яро доказывает, что она искусственная — да, интеллект — нет. Ибо её решения не поддаются логике: зачем создавать армию биологических клонов Джека Харпера и Вики для обслуживания дронов, когда проще было выстроить полностью автоматизированную станцию, где роботы-техники чинили бы роботов-патрульных? Те самые странные непрекращающиеся магнитные бури так мешали? Так проще было найти решение проблемы с непогодой, нежели выращивать миллионы копий каких-то местных аборигенов.
А чтоб окончательно закрепить за собой звание «ИИ-гения года», тем же местом заявлено в сценарии и само порабощение: на орбите материнский корабль располагает сотнями легионов дронов, тогда как на поверхности постоянно твердят об их нехватке — мол, папуасы с палками всё ломают, а после и драгоценные вододобывающие вышки взрывают, ставя миссию под угрозу срыва. Справедливости ради, и сама задача выглядит невнятной: во имя какой великой цели необходимо истреблять целую цивилизацию, когда ничто не мешало найти миллиард безжизненных галактик и черпать необходимые ресурсы из них?
Ну и апогей всего — концовка. На счёт клишированного уничтожения центра связи и одномоментного отключения всего роя — прикушу язык. А вот про тех самых бедолаг — сотни и тысячи ныне обездоленных Джеков и Викторий — молчать отказываюсь. В эпилоге обязан был объявиться не только «52-й», но и вообще вся ватага: иначе куда они девались? Не в воздухе же рассосались, как бесплатная и доступная медицина. Хотя, принимая во внимание их места проживания — на горных верхотурах без лестниц и верёвок, — есть подозрение, что при попытке слезть они банально поразбивались о скалы. Печально.
В итоге перед нами предстаёт, казалось бы, драное кинополотно, зияющее сценарными дырами. Ан нет — магия Тома Круза включается в развитие сюжета, и на его харизме картина уверенно выруливает в русло «весёлого аттракциона». Активно помогает ему в этом весь прочий актёрский состав — все хороши, как на подбор: от Ольги Куриленко до Николая Костера-Вальдау. Да, бесспорно, как научная фантастика фильм слаб — хилые сюжетные коленочки трясутся под напором космических захватчиков пуще, нежели у отличника, выходящего из библиотеки со стопкой свежих книг по тригонометрии. Зато как эффектный блокбастер — лента развлекает зрителя на троекратное «ура!» и лично мне подарила массу приятных эмоций от лицезрения. Смотрел я её раз пять, не меньше, и ради сочинения текста вновь вкусил «Обливион» не без удовольствия. И лишь на сём заходе до меня дошло, насколько технически крепко он снят — вернее, сваян как монолитный колосс: такому фундаментальному сооружению позавидовали бы даже в Родосе. Посему — уверен, обязательно вернусь к нему разок-другой когда-нибудь в будущем: спустя двенадцать лет произведение выглядит столь же годно, как и в день выхода — а годное изображение футуризма, как водится, на дороге не валяется.
