{ "version": "https:\/\/jsonfeed.org\/version\/1.1", "title": "My mini-world: заметки с тегом Cartoon", "_rss_description": "Блог о кино, видеоиграх, музыке", "_rss_language": "ru", "_itunes_email": "", "_itunes_categories_xml": "", "_itunes_image": "", "_itunes_explicit": "", "home_page_url": "https:\/\/qlso.ru\/tags\/cartoon\/", "feed_url": "https:\/\/qlso.ru\/tags\/cartoon\/json\/", "icon": "https:\/\/qlso.ru\/pictures\/userpic\/userpic@2x.jpg?1510677139", "authors": [ { "name": "Qelllso", "url": "https:\/\/qlso.ru\/", "avatar": "https:\/\/qlso.ru\/pictures\/userpic\/userpic@2x.jpg?1510677139" } ], "items": [ { "id": "235", "url": "https:\/\/qlso.ru\/all\/soul-2020\/", "title": "Душа \/ Soul (2020)", "content_html": "

«Everybody has a soul. Joe Gardner is about to find his.»<\/p>\n

\n\"\"\n<\/div>\n

Бесконечное повторение одного и того же для Pixar<\/a> в продолжениях — старая-добрая традиция<\/i>. Всякая новая номерная часть — лишь вариация<\/i> оригинала. Исключений нет. Безусловно, встречаются и достойные<\/i> сиквелы: при всей вторичности они обладают посылом — не<\/i> пустышки, не<\/i> марионетки современного сценарного веяния. Однако последние работы студии будто нарочно направлены на обратное — на упорное вымывание<\/i> остатков «души» из собственных произведений, обращая их в безликую серую массу. Грубо говоря, под пятой Disney<\/a> они окончательно «одиснеиваются»<\/i>. Долго же нависающая тень Микки Мауса выжидала своего звёздного часа, дабы насладиться сполна мигом победы.<\/p>\n

Началось всё в 2010 году<\/i>, когда состоялся релиз «Истории игрушек 3: Большой побег<\/u>»<\/a>. Вместо одиннадцати лет кропотливой подготовки к «продолжению мечты» нам тогда подсунули повторение уже дважды<\/i> увиденного. Чтоб превратить теорему в аксиому, следом вышли «Тачки 2<\/u>»<\/a>, «Университет монстров<\/u>»<\/a>, «В поисках Дори<\/u>»<\/a>, «Тачки 3<\/u>»<\/a>, а завершилось десятилетие стуком в дверь квадриквела<\/a>. Каждая лента строилась на фундаменте оригинала с обязательной новой, животрепещущей линией — незримой нитью экзистенциального кризиса<\/i>, будто любой сиквел предназначался не столько<\/i> нынешним детям, сколько<\/i> тем былым сорванцам — их повзрослевшим родителям. Дабы не смутить юные умы, был выпущен бесспорный шедевр — «Головоломка<\/u>»<\/a>. Краеугольным же фильмом, поставившим жирную точку в вопросе «возмужания», стала «Душа<\/u>»<\/a>. Она не только подвела черту под прошлым — «мировосприятельным»<\/i> этапом развития авторов, как работа, возведшая идею духовной зрелости в абсолют, вокруг коей наконец-то собрали полноценную «пиксаросодержащую» хибару, — но и стала последней каплей<\/i>. После неё удерживаться от падения в бездну забвения оказалось попросту невозможно, и студия на бреющем полёте устремилась покорять дно, собирая свежими творческими порывами всяк ухаб на пути.<\/p>\n

С первого взгляда «Душа» — хорошее произведение. Но стоит лишь<\/i> на миг задуматься над внутренней, а не внешней сутью — и возникает масса вопросов. Элементарное самопротиворечие финала и его беззубость, вызванная желанием выжать<\/i> «happy end». Один герой понимает, что<\/i> жизнь была прекрасна всегда; другая осознаёт, что<\/i> её взгляды изначально были неверны. А где<\/i> оное раскрыто? В эпизоде со вкушением кусочка пиццы? В моменте «открытия» музыки? Особенно странно сие выглядит, учитывая, что речь идёт о существе с тысячелетним опытом<\/i> и мудростью<\/i> (нам прямо это демонстрируют сценой у цирюльника). «Прелести жизни» сведены в набор мелких материальных<\/i> да эфемерных<\/i> радостей — и всё<\/i>. Жить стоит ради булочки и трамвайчика. Поняли. Зафиксировали.<\/p>\n

Вместо необъятного, бескрайнего поля самокопания нам показали решение любой проблемы через банальность: выйди на улицу<\/i>, затяни носиком свежий воздух<\/i> да потрогай траву<\/i> — и ментальное напряжение как рукой снимет. Наверное, и прочий ворох душевных напастей лечится аналогичным образом, понеже именно так «ваффка»<\/i> в голове и растворяется: просто не думай о плохом, размышляй лишь о хорошем<\/i> — и страхи пройдут. Ну и бред. Слышать такое от рядового советчика — одно; другое дело, когда в полную глупость скатываются те, кто ещё недавно славились чутким<\/i> подходом к раскрытию лейтмотивов. А ведь задачи ставились непростые. Для сравнения: в «Тайне Коко<\/u>»<\/a> «кризис личности»<\/i> показан на недосягаемом уровне, хотя тема сия даже не стоит рядом с центром внимания — служит лишь<\/i> вспомогательной функцией, и прекрасно с нею справляется. Глубины и морали в истории Мигеля боле, нежели во всей «Душе» вместе взятой: от<\/i> идеи до<\/i> исполнения.<\/p>\n

\n
\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n<\/div>\n
Кадры взяты с сайта IMDb<\/a><\/div>\n<\/div>\n

Хорошо, допустим. Окинем взором «Душу» через призму сугубо идеалистического взгляда<\/i> авторов. Они берут человека, который не<\/i> стоит на пороге будущего кризиса — он увяз в нём давно<\/i> и докатился до критической отметки<\/i> — эдакой точки невозврата. Можно ли выбраться из подобного болота самому? Можно. Но требуются титанические усилия<\/i> и особенный склад ума<\/i>, каким главный герой — увы! — не обладает. Нам показали мягкосердечного преподавателя, никак не стержневого музыканта, кой поставил на алтарь успеха самое себя<\/i>, но прогорел, не добившись ничего: не всякому дано подняться на Олимп славы. Щекотливость в том, что на бумаге подразумевается<\/i> именно второй тип. Казалось бы, я требую с нуля невозможного, ибо прелесть сокрыта в щепотке личностного роста: она без труда выправляет по мере развития<\/i> действия характер каждого. Ан нет: в течение всего повествования любитель джаза не<\/i> меняется ни на йоту. Он настолько безлик<\/i>, что я даже имени его не запомнил — забыл уже на титрах (и принципиально не стану освежать в памяти), вот настолько он вышел тряпичным, серым, да при том жестоким. «Минуточку… а в чём жестокого-то?»<\/i> — недоумённо вопросите вы. Да в произошедшем в самом начале: «растёт» наш пианист в глазах зрителя на костях безвинного котика, приморенного ради освобождения кукушки от лишних жильцов — местными небесными божками. А после, дабы закрепить успех, над гибелью пушистого ещё и глумливо пошутили<\/i> — дескать, вам не показалось, домашний лев действительно отправился в рай<\/i>. Жаль, не довели «хахашеньку» до градуса абсолютного кипения, запнув бедолагу прямиком в ад<\/i> — умора была бы максимальная.<\/p>\n

Эх, коснулся я лишь вершин, а глупостям и нестыковкам края не видать: пристанище Крона, куда пали Pixar, необъятно. Посему нет смысла доле раздувать тему. Шепну лишь пару слов о технических аспектах<\/i> ленты. Построенный по направлению к «ленивограду» маршрут ещё не бьёт ключом по сравнению с тем, как деградировала<\/i> картинка в последующее пятилетие. Однако скупость третьего плана<\/i> просачивается уже здесь: меньше деталей, больше крупных планов<\/i> да блюра на задники<\/i>. Аль пустота мира теней не требует ничего, кроме пустоты? В то время как на Земле кругом кипит жизнь — та самая бурная деятельность. Ой, как удобно. Ежели говорить серьёзно: отдельные<\/i> вкрапления сделаны на ура, но<\/i> вот те трепетные штрихи, создающие живое окружение вокруг героев, отошли весьма далеко — и так и не вернулись. Благо сами персонажи пока не обернулись три-на-три пикселя — «шакальными» уродцами. Но ещё не вечер, да?<\/p>\n

Похоже на то, ибо вишенка на торте являет очам ту самую деградацию, когда рождается не<\/i> чувство симбиоза при погружении в историю, а лишь<\/i> скатывание в чистейшую «пожалейку»<\/i> до упора. Кто не понял, речь про спаянный дуэт звукового сопровождения<\/i> и музыкального оформления<\/i>. Они хороши вне<\/i> контекста: драматичны, крепки, в них ощущается сила. Правда, в кадре акробаты служат не<\/i> помощниками, а<\/i> единоличными спасателями, выволакивающими действие на своих плечах из-под груды творческого мусора — то бишь обломков сюжета. К сожалению, от того не легче: слёзы наворачиваются от жизненности происходящего на экране. Но<\/i> стоит «слезодаву» затихнуть — щёки обсыхают, и остаётся одно: понимание наглости. Играться с эмоциями зрителя дешёвыми, примитивными методами<\/i> — удел хитроумных ловкачей, никак не пионеров и визионеров компьютерно-анимационной индустрии.<\/p>\n

\n
\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n\"\"\n<\/div>\n
Кадры взяты с сайта IMDb<\/a><\/div>\n<\/div>\n

В итоге перед нами «Душа» без души<\/i>. Некая «чуда-юда», снятая будто на коленке за три копейки энтузиастами без<\/i> намёка на сценарный или мультипликационный опыт. Казалось бы: аж целое десятилетие<\/i> Pixar терзали тему «кризиса среднего возраста»<\/i>, а как только решили развить её до размеров самостоятельного произведения — потерпели фиаско<\/i>. Почему? Всё просто: включение конвейера<\/i> медленно, но верно уничтожило студию, низвело её до уровня пустолайных, претенциозных, около-замысловатых авторов, кои вместо прежней силы и мощи окунулись в русло современного «разнообразия», где личные предпочтения заняли место в центре, отодвинув в тыл былой полёт фантазии и искреннее стремление обратить реальность в сказку (хотя бы на время просмотра). Сегодня Pixar — далеко не<\/i> лучшие, а лишь<\/i> живущие эхом прошлого битые осколки титанических личностей, которыми они когда-то являлись.<\/p>\n

*P.S.<\/b><\/p>\n

Всё мною поведанное — лишь воспоминания<\/i> о творении, что я когда-то узрел. Пересмотреть сея «шедевр» я соблаговолил только во время подготовки к монтажу. И... всё так, текст я никак не<\/i> правил — он полностью соответствует действительности; подписываюсь под каждым своим словом. Единственное, чего в нём не хватает — меткого комментария о том, каким<\/i> могучим сценарным подвигом можно было бы развернуть тонущий корабль на 180 градусов и причалить ко спасительному берегу. Очень и очень простым — жертвой в конце<\/i>. Главная проблема неработоспособности «Души» заключена в постоянной<\/i> манне небесной: герою на протяжении повествования всё достаётся задарма и он ничем взаправду ни разу не рискует, любая опасность носит сугубо понарошковый характер. А когда цена поступков — нулевая<\/i>, то почему бы и не выпрыгнуть из окна под поезд? Максимум ведь придётся обратиться в химчистку. Вот и выходит умаление даже<\/i> намёка на самоотверженное деяние. Ежели бы авторы не<\/i> побоялись и завершили картину гибелью да вознесением — она тогда, при всех недочётах, имела бы реальную ценность<\/i> как драматическое произведение. Но... получили мы то, что получили.<\/p>\n

Оценка — 5 из 10<\/h2>\n
\n